Герои армянского народа, ФИДАИ XIX-XXвв

Все, что связано с историей. Исторические факты, статьи, очерки и т.д .
Ответить
Аватара пользователя
LucyFernega
Архидемон
Сообщения: 577
Зарегистрирован: Сб сен 05, 2009 00:26
Пол: Женский
Откуда: Τάρταρος

Герои армянского народа, ФИДАИ XIX-XXвв

Сообщение LucyFernega » Пт дек 31, 2010 02:11

Гарегин Нжде (1886-1955)


Гарегин Нжде (Тер-Арутюнян) родился 1-го января 1886 г. в с.Кзнут Нахичеванского уезда в семье священнослужителя. Начальное образование получил в русской школе Нахичевани и продолжил учёбу в гимназии Тифлиса. В 1902г. поступил на юридический факультет Петербургского университета. Несмотря на отличные результаты показанные во время учёбы, через 2 года покидает университет и целостно посвящает себя служению идеалам национально-освободительного движения. Вступив в 1904 г. в ряды Дашнакцутюн, переходит в Салмаст и ведёт вооружённую борьбу против турецких оккупантов и политическую работу среди армянского населения. В 1906 г. по рекомендации Ростома и при непосредственной поддержке балканских товарищей, поступает в офицерскую школу Софии и окончив, возвращается на Кавказ. В 1907 г. принимает активное участие в Иранской революции и будучи уже в поле наблюдения секретной полиции Царской России, подвергается преследованию. В 1909 г. возвращается на Кавказ для организации покупки и дальнейшей транспортировки оружия и боеприпасов для иранской революции, но был арестован царскими властями и находился 3 года в заключении. В 1912 г., выйдя на свободу, переходит снова в Болгарию и вместе с воеводой Андраником организовывает Армянские добровольческие формирования для участия в Балканской войне против Турции. В составе Македоно-Одринской воинской группировки принимает участие в 1-й Балканской войне, удостаивается вместе с Андраником высших офицерских чинов, наград и звания "герой Балканских народов" и Греции. В 1914 г. получив полную амнистию от царской короны, возвращается на Кавказ и участвует в создании Армянских добровольческих отрядов, полков и батальонов для дальнейшего их участия на Кавказском фронте в 1-й Мировой войне. Командовал различными воинскими частями на разных участках Кавказского фронта. Принимал очень активную деятельность по созданию армии 1-й Республики Армения (1918-1920). 26-28 мая организовал и командовал сражением у Каракилисе (Ванадзор), обеспечив разгром и бегство превосходящих сил турецкой армии. В 1918-20 участвовал в обороне границ и независимости Республики Армения. После установления советской власти в Армении не смог смириться с тупой политикой коммунистов, передающих территории Армении мусаватистам Азербайджана и организовал самооборону Сюника и Зангезура, объявив независимой Нагорную Армению. Благодаря организаторскому таланту и полководческому дару Нжде, силы самообороны Сюника смогли отразить все нападения коммунистов, мусаватистов и кемалистов. Борьба велась до тех пор, пока враги, поняв тщетность своих усилий не отказались от задуманного. Сюник остался неотделимой частью Армении и лишь после этого Нжде покинул страну. Он поселился в Болгарии и принял активное участие в политической и общественной жизни общины. В конце 20-х и в начале 30-х г. организовывает народные и патриотические организации в ряде стран Европы и США. Созданная им в Болгарии национальная и народно- патриотическая организация Цегакрон (досл. перев. - религия, вера народа) сплотила вокруг себя патриоточески настроенную армянскую молодёжь и интеллигенцию армянской диаспоры, которая вела свою работу в деле решения Армянского вопроса, связанного с освобождением исторических территорий Армении от турецкой и советской оккупации и возвращением армян на Родину. Незадолго до вторжения нацистов на территорию СССР и уже после начала 2-й Мировой войны в различных газетных изданиях ряда стран Европы и Германии появились материалы ставящие под сомнение будущее армянского народа. Посредством прессы, некоторые нацисты призывали уничтожать "армян как семитов" и что армяне настроенны против "великих идей Рейха". В частности, подверглись массовым репрессиям армянские общины Румынии, Венгрии и Болгарии. Нжде не мог оставаться в стороне от новой, назревающей угрозы армянскому народу. Принятые им меры показали источник новой беды: нити вели в Берлин. В Берлине он встречается с Розенбергом и узнаёт, что принятое решение было сделано под воздействием ведущей двуличную политику Турции, порвавшей отношения с странами Антанты и подписавшей договор с нацистами. Главные лица этой низкой политики становятся ему известны: ярый пантюркист, брат Энвера паши - Нури паша и родственник Розенберга, находящийся в изгнании грузинский националист Александр Никуридзе. По свидетельству американской разведки взамен предоставленной помощи нацистам, турки требовали весь Северный и Южный Кавказ, Татарстан, Крым и все области до Сибири и Урала, страны Средней Азии, Китай и Арабские страны. То, что армяне были поставленны в один ряд с евреями показало лишь зверское отношение и желание турков к обеим народам уничтожить и не останавливаясь на этом пути ни на чём. Невиданная фальсификация пантюркистов была излита на страницы прессы и печати: вопреки многовековому достоянию истории, свидетельствам антропологов и лингвистов, армян объявили семитами и подлежащим уничтожению. В протест происходящему выступили известные учёные Германии. Нжде начинает вести свою осторожную и тонкую политику, добившись блестящей победы. Это была победа не только Нжде - полководца, но и победа Нжде - дипломата, столь искусно оценившего ситуацию и сделавшего единственный и верный шаг, и все для спасения своего народа. Разумеется делать ставку на терпящий поражение Советский Союз было бессмысленно и Нжде отводит угрозу от народа именно руками нацистов. Войдя в круги высшего командования и руководства Германии, Нжде смог показать все тайны и планы пантюркистов, смог уверить, что плохо организованная многочисленная турецкая армия будет лишь обузой для немцев и что её использование обернётся Германии неоправданными затратами. Нжде смог создать антипантюркистский Кавказский блок, союз кавказских народов куда вошли многие представители народов Кавказа. Здесь также был и один из основателей Азербайджанского Легиона - Расулзаде и представители грузинской эммиграции, не разделившие предательской деятельности с Александром Никуридзе. Нжде смог достичь согласия с Расулзаде, который понял, что Азербайджан будет уничтожен и поглащён пантюркизмом, расстворившись в туранизме. Розенберг был доволен этим союзом и подействовал на остальное руководство Германии, вынесшей своё окончательное решение отдать туркам только Крым. Таким образом, Нжде смог окончательным образом увести угрозу с армянского народа и вместе с блоком спасти Кавказ от варварской экспансии пантюркистской Турции. Розенберг подготовил и представил план-проект Главного комиссариата Армении, подчеркнув, что "Главный комиссариат Армении будет разделяющим поясом, препятствующим распространению пантюркизма на Восток". Генерал Гарегин Нжде, как и генерал Дро много сделали для спасения и вызволения из лагерей своих соотечественников - военнопленных Советской армии. Нжде постоянно посещал учебные лагеря, центры и батальоны Армянского Легиона, встречался и беседовал с солдатами и офицерами Легиона. В 1944г., когда Советская армия уже вошла в Болгарию, Нжде находился у себя в Софии и отказался бросить и покинуть страну на самолёте. Он остался верным патриотом, считая, что его долг быть со своим народом до конца и не допустить репрессий в отношении армянской общины Болгарии. Нжде прекрасно понимал, что НКВД интересуется им, ему было понятно, что обманутые турками в 20-х годах Советы , не забыли двойную игру пантюркистов и теперь коммунисты попытаются использовать весь его дар и возможности в назревающей войне с Турцией, также НКВД было прекрасным образом известно об его отказе в довоенный период вести антисоветскую деятельность. В конце октября 1944г. Нжде был арестован “СМЕРШ”-ем и перевезён в Москву. Все мысли Нжде оправдались: Советское правительство решило начать войну против Турции и для этой цели привлекались все те, кто бы мог содействовать этому мероприятию. Но резко изменившаяся политическая ситуация, раздел и борьба держав за сферы влияния в странах понёсших поражение сделала неосуществлёнными желания и мечты Нжде. Допросы и следствие было окончено в 1948 г. и после этого, вплоть до 1952 г. он провёл во Владимирской тюрьме. В 1952-53 г. он провёл в Армении, в Ереванской тюрьме. Летом 1953 г. его переводят в Сибирь, тюрьму Ташкента, а оттуда снова во Владимирскую тюрьму. Здесь же, будучи уже тяжелобольным, в конце 1955 г. он скончался. Брату, Левону Тер-Арутюняну было отказано похоронить Нжде в Армении и из личных вещей были выданы только одежда и часы. Нжде был похоронен братом и на огороженной могиле поставлена табличка: Тер-Арутюнян Гарегин Егишеевич (1886-1955). 31 августа 1983 г. прах Гарегина Нжде был перевезён на Родину. В 1987 г. мощи великого сына армянского народа нашли своё последнее пристанище и покой во дворе церкви Спитакавор с.Гладзор. Однако в своем завещании Нжде выразил желание быть похороненным у подножья горы Хуступ (Капан). Пожелание это было исполнено лишь в апреле 2005 года.
__________________________
Этновера

Летом 1933 года Нжде перебрался в США. Там он намеревался помочь К. Тандергяну в ликвидации турецкого посла Мухтар Бея.
Еше до приезда Нжде в США там функционировали армянские молодежные организации "Айорди", "Сыновья Армении" и другие. Однако они действовали разрозненно, что побудило Нжде создать организацию, обьединяющую армянскую молодежь диаспоры. Для организации и реализации этой трудной задачи Нжде создал движение "Этновера"(Цегакрон). Организация была призвана преодолеть те упаднические настроения, которые царили в душах молодых армян и были следствием пребывания на чужбине и тяжелого положения Армении.
В статье "Почему было создано движение "Этновера", он пишет:
"Подвергнувшийся резне, обессилевший духовно человек считает, что все потеряно; он лишает себя предназначенной миссии, покоряется и примиряется с навязанной ему политической судьбой. Прежде всего им овладевает тяжелое чувство неполноценности, вследствие чего он превращается в политического нигилиста, не способного к созданию культуры... Борьбу за свое существование он переводит с внешнего на внутренний фронт, из-за чего еще больше ломается и лишается сил".
Чтобы помочь армянскому народу избавиться от столь мрачного будущего, Нжде пропагандирует религию, название которой "патриотизм", а богом является Отечество.
Нжде действовал в соотвествие с истиной, согласно которой для предвидения будушего народа нужно вглядеться в его молодежь, и именно по этой причине Этновера была задумана как молодежное движение.
Г.Нжде основал Этноверу в Америке по причине того, что, как говорил сам полководец:"У армянской диаспоры именно в США самая большая колония, и именно в США нам угрожает самая большая опасность (в лице всеядности и способности американского обшества к ассимиляции всего чужого)".
Нжде утверждал, что Этновера- это не партия, а присяга. Филиалы Этноверы так и назывались-присяги. Нжде сравнивал Этноверу с присягой витязей рода Мамиконянов. Он говорил: "Как и Мамиконяны, приверженец Этноверы исповедует бескорыстную преданность нации и решимость героически встретить смерть во имя Родины."
Необходимость движения Этновера диктовалось также рядом других важнейших причин: Нжде готовил из молодых приверженцев Этноверы патриотов, воинов, интеллигентов. В начале века Турция проводила в странах Европы антиармянскую пропаганду, тем самым пытаясь отвлечь внимание от геноцида армян и, до некоторой степени, оправдывая этот геноцид. И естественно, что в некоторых европейских странах армяне воспринимались как потенциальные разбойники. Нжде поставил перед приверженцами движения цель: они должны были занятсья Контрпропогандой и собственным поведениемпродемонстрировать миру истинное лицо армянина. Они должны были стать воинами идеи и полностью посвятить себя освобождению и укреплению мощи нации. И чтобы приверженцы Этноверы смогли претворить возложенные на них обязанности, они должны были познать душу нации. Они должны были знать своих предков, свою историю, почитать великих героев прошлого. Лишь воспитанная в таком духе молодежь, по мнению Нжде, способна обеспечить своему народу достойное будущее.
Нжде настолько был предан движению Этновера, что вынужден был покинуть ряды глубоко уважаемой им АРФ "Дашнакцутюн". Этновера стала также одной из причин, по которой Нжде дал себя арестовать Советской Армией. Он не хотел, чтобы по его вине были уничтожены присяги Этноверы. Однако гибель Нжде все же привела к постепенному затуханию деятельности Этноверы, и лишь в последное время армянский народ вновь решил следовать заветам великого своего сына - Гарегина Нжде.
Изображение
Между нами есть различие: Я умру за свои убеждения, а вы умрете за чужие!

Аватара пользователя
LucyFernega
Архидемон
Сообщения: 577
Зарегистрирован: Сб сен 05, 2009 00:26
Пол: Женский
Откуда: Τάρταρος

Re: Герои армянского народа, ФИДАИ XIX-XXвв

Сообщение LucyFernega » Пт дек 31, 2010 02:28

АВТОБИОГРАФИЯ

1. К армянскому революционному движению я примкнул 17-ти лет, еще гимназистом. Затем я бросил университет, чтобы бороться против царизма и султанизма. В 1906 г. я перебрался в Болгарию и при содействии лидеров македонского освободительного движения Бориса Сарафова и Лиапова Гурина поступил в офицерскую школу им. Дмитрия Николова в Софии. По окончании школы я вернулся на Кавказ, чтобы с гайдукским отрядом Мурада перейти в Турецкую Армению. После этого я действовал в Персии. В 1909 г. вновь вернулся на Кавказ и был арестован. Более 3 лет я провел в тюрьмах от Джульфы до Петербурга; после известного суда над 163-мя членами "Дашнакцутюн", во избежание ссылки в Сибирь я ушел в Болгарию.

2. В 1912. я собрал роту армянских добровольцев и вместе с Андраником участвовал в Балканской войне за освобождение Македонии и Фракии. В завершающий период мы, как революционеры, отказались от участия в войне между балканскими народами и расформировали армянскую роту. В ходе этой войны я получил ранение. Армянский стяг и грудь армянских воинов были украшены крестами за храбрость.

3. С началом мировой войны, получив прощение от царского правительства, я вернулся на Кавказ, чтобы участвовать в боевых действиях против Турции. В первый период войны я был заместителем командира 2-ого армянского добровольческого батальона, в последующем командовал отдельной армяно-ездиской частью.

4. В 1917. с небольшим отрядом я пришел на помощь окруженному Кохбу и спас армян этого района. В тот же период я перешел в Абас Гел, вступил в контакт с езидами и вместе с их лидером Иво бегом вернулся в Тифлис, где свел его с Армянским Национальным Советом.

5. Накануне провозглашения Независимости Армении я вел бои под Аладжой, благодаря чему армянским частям, отступающим по лини Эрзрум-Сарикамиш-Карс, удалось без потерь выйти к Александрополю; я переправился через Арпачай лишь с последним отступающим армянским солдатом и только когда моим людям удалось вывезти из Ани материалы раскопок профессора Марра.

6. В конце мая 1918 г. я руководил сражением при Каракилисе, в котором получил ранение. Я был представлен к высшей награде за храбрость. Надо признать, что без Каракилисского сражения не было бы не только сегодняшней Армении, но и живущих там сейчас армян. Трехдневная героическая битва под Каракилисой спасла от поголовного уничтожения армян Араратской долины и стала фундаментом Армянского государства.

7. В период независимости Армении осенью 1919 г. я спас 2-й армянский полк, попавший в окружение между Давалу и Веди.

8. Во второй половине 1919 г. я перешел в Сюник для оказания помощи Гохтану, осажденному войсками Эдиф бека и обреченному на голод и уничтожение. Были спасены и сам край, и его армянское население.

9. С этого времени я посвятил себя делу защиты и спасения от уничтожения армян Капана и Аревика, отражая постоянные нападения мусаватистского Азербайджана и турецких пашей Нури и Халила.

10. В середине 1920 г., после того, как подразделения Дро оставили Зангезур и Карабах, я принял на себя руководство самообороной всего Сюника. Этот горный край, который, согласно соглашению между армянским правительством и представителем Москвы Леграном, был передан Азербайджану, абсолютно оторванный от внешнего мира, без достаточных запасов продовольствия и оружия, при отсутствии офицерских кадров и какой - либо помощи извне, в политической изоляции, после года боев на два фронта смог продиктовать свою волю советскому правительству. При Мясникяне, декларацией от июня 1921 г., Сюник был признан частью матери-родины - Армении. Благодаря обороне Сюника были спасены также армянская интеллигенция, революционные и боевые элементы армянства.



11. Моя жизнь и моя деятельность свидетельствуют о следующем; - Я всегда приходил в моменты опасности. В мирное время я не стремился к должностям, поскольку не испытывал влечения к ним. Я всегда предпочитал руководить ополченцами, народными силами, испытывая некоторую холодность к т. н. регулярным подразделениям. Командиров я выдвигал из народа и выковал их, если так можно выразиться, по его образу и подобию. На войне я всегда оставался человеком даже по отношению к туркам и татарам - свидетельство этому мои приказы и воззвания к подчиненным мне частям. Приписываемое мне советской властью - обычная пропагандистская клевета, рожденная стремлением любой ценой очернить противника. Я никогда не использовал помощь внешних сил, и даже средства собственного государства. Я следовал обету Мамиконянов, был человеком глубокой веры и этики, потому мне приходилось испить из чаши горести. Бог и моя Родина всегда были на первом месте в моем храме веры. Армения являлась для меня святыней. Я жил и дышал ею, всегда готовый ради нее страдать, жертвовать и отдать саму жизнь. Она была священной болью, радостью, смыслом моего существования, моим бессмертием, высшим правом и обязанностью; в то же время народ страны горячо привязался и всецело верил мне. Со мной враждовали лишенные чувства святого полу интеллигенты и военные, руководствующиеся лишь бумажными правилами. В течение всей жизни я никогда не получал жалования (лишь один раз в Америке я нарушил этот свой принцип, согласившись, чтобы мне выплачивалось еженедельное жалование. Нарушил и был справедливо наказан. С тех пор человеческая низость повсюду следует за мной как тень). Я отказался даже от пенсии, назначенной мне иностранным государством. Имея все возможности жить в роскоши, я жил как человек из народа - почти бедно. Одной из самых больших в мире мерзостей для революционера, воина и патриота я считал бытовой материализм. Покидая Армению, я взял с собой шкуру тигра, убитого моими солдатами на армянском берегу Аракса, - мое единственное вознаграждение. Кинжал Джамал паши - мой единственный военный трофей. Пусть будут положены со мной в могилу на мою грудь этот кинжал, не знавший поражений флаг Сюника и старый армянский словарь - единственное мое утешение в изгнании.

12. Вне Армении армянам грозит вырождение. Лишь с помощью глубокого познания и осознания национальных ценностей, добродетелей и святынь, можно бороться с этим злом, для чего я и создал движение, названное мною Цегакронутюн. Целью его было вернуть армянину чувство хозяина своей Родины, спасая его от духовной и политической бездомности и беспризорности вне родной страны. Это было патриотическое движение, лишь обновившись в котором могли объединиться все отдельные политические течения армянства. Из-за этой проповеди патриотизма меня предала раскольническая, безродная и пораженческая часть армянства.
Я прощаю всех, прощаю по двум причинам: во-первых, мое национальное исповедание не позволяет мне испытывать вражду к какому-либо армянину; во-вторых, я глубоко понимаю этих несчастных, которые еще не преодолели в себе раба и поэтому остаются бессильными и злобными. Как у тоскующего по Родине изгнанника, у меня есть лишь одно желание - умереть в родных горах.

13. В Болгарии произошел государственный переворот, созревший благодаря военно-политической обстановке. Ожидается Красная Армия. Зная, что меня ждет, я все же решил остаться, несмотря на то, что есть возможность перебраться в Вену на самолете. Я не покидаю Болгарию, чтобы не подверглась преследованию моя организация. У меня есть еще более весомые причины остаться, известные двум моим друзьям. Пришла Советская армия и произошло то, что я ожидал. Пользуясь нынешней неразберихой, несколько армян - не вскормленные молоком своей нации вырожденцы - уже приступили к делу. Они - по преимуществу сапожники - как полицейские агенты в сопровождении вооруженной болгарской милиции ходят по домам и ищут меня. Навеки отвратительные рабы, которые всегда использовали иностранные силы для утоления своей бессильной злобы и уничтожения своих врагов среди соотечественников. Не менее отвратительны, однако, и националисты, лишь по названию являющиеся таковыми. Со своей базарной моралью они опустились до скотского уровня. Знакомые, друзья, родственники - никто не откроет тебе дверь, даже если ты с крестом назаретянина на спине и в терновом венке на окровавленном челе будешь искать у них прибежища. Забыли, забыли все, что только благодаря моим усилиям их не постигла участь евреев, и четыре года они все только богатели и богатели. Те, кто еще вчера искали твоего приветствия, сегодня убегают даже от одного твоего имени, от твоей тени. Красные ждут меня. Низок тот, кто при всех обстоятельствах предпочитает жизнь смерти. Пусть свершится неизбежное. Сегодня я связан с жизнью лишь в той степени, в которой я чувствую себя обязанным служить Армении. Где ты, где, достойный почтения народ Армении, с сердцем властелина, чья душа всегда умеет возвышаться во время опасностей. Диаспора, ты еще раз заставила меня пережить горечь стыда. Позор тебе!

Нжде.
Сентябрь 1944 г. София.
Архив МНБ Армении, дело 11278, т. 4.
___________________________
ОТКРЫТЫЕ ПИСЬМА АРМЯНСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ

Критиковать - переживать душою события последнего десятилетия - резня турецких армян, создание и ликвидация Армении, образование новых русско-турецких границ и вследствие этого возникшие перед нами новые тяжелые условия на Ближнем Востоке, тяжелое положение лишенных родины армян в западных колониях и т.д. - все это поставило нас перед новой действительностью. Все основные стороны нашей жизни испытали потрясение. Произошли громадные изменения, примечательные явления. И общеизвестен тот факт, что события эти развивались абсолютно противоположно нашим желаниям, под диктовку внешних обстоятельств. Мы оказались бессильны дать им соответствующее направление. Это означает, что внутренне мы не были готовы понять смысл событий, направить их в русло наших политических устремлений.

Мы обладаем ужасным психологическим недостатком и естественно, что последствием этого не могло не стать наше сегодняшнее безутешное положение. Положение это принимает, однако, особенно трагический характер по той причине, что, в то время как, с одной стороны, после катастроф и испытаний волею истории наш народ взрослеет, идея независимости в нем, получая всенародное признание, становится психологией, с другой стороны, он ослаб, уменьшился и в условиях востока - с точки зрения численности - создание им самостоятельного государства стало проблематичным. Естественно, что ядро армянского государства должна составить Советская Армения со своей территорией в 28000 км2 и примерно миллионом жителей. Имеется ввиду образование 28 мая 1918г. и падение 2 декабря 1920г. независимой Республики Армении (прим, перев.) Не было бы особых условий мусульманского востока и взаимоотношений исламских народов, нетерпимости, ставшей психологией на протяжении кровавых столетий, политических притязаний турецко-татарских народов, может и было бы возможным постепенное развитие Советской Армении и излишней - наша обеспокоенность. Однако, одного лишь взгляда на карту достаточно, чтобы понять, что нас ожидает. Все стратегически важные позиции этой маленькой Армении отобраны. Она окружена нашим извечным врагом. Это окружение осуществлено с расчетом, имеющим очевидный смысл, а именно: при удобном случае в самое краткое время и с наименьшими потерями уничтожить армянство. Армения уязвима в нескольких различных позициях, и всего за несколько часов Турция может перерезать эти позиции, отделить друг от друга армянские провинции и соединится с Азербайджаном. Враг полон решимости нас уничтожить, у нас нет программы самозащиты и обеспечивающего самозащиту оружия. Однако годы проходят - и никаких усилий в этом направлении. Это - чрезвычайно прискорбное обстоятельство, и оно заслуживает пристального внимания. Оно означает, что наш народ не только имеет неправильное представление о войне и мире, но и неисправим в своем беспечном отношении к собственному существованию, лишен способностей следовать советам и наставлениям, не способен понять ту элементарную истину что миролюбивые и трусливые народы страдают от войн несравненно сильнее. Моральный и материальный прогресс - значит самозащита посредством внутренних сил. Императивом прогресса является самозащита. Уже никто - кроме нашего народа - не верит, что возможно остановить победоносный локомотив прогресса мольбами поверженных наземь, побежденных и слабых. Отныне ни для кого не секрет, что государства являются естественными противниками, из которых каждый стремится расшириться, усилиться и выиграть за счет соседей.

Договоры существуют столько, сколько существуют порождающие их условия. На турецко-большевистский договор могут полагаться только те, чья тупость в нашем веке непростительна, чувствует себя сильным и готовым к нападению, считая наилучшей обороной упреждающее нападение. Нападает тот, кто видит перед собой слабость. Каждый народ, побуждаемый железной необходимостью, готовится заранее, делает то, что делают все. Слабый испытывает страх быть поглощенным сильным, а сильный зорко следит, как бы противник не превзошел его. Так миролюбивые и трусливые народы ослабевают и становятся добычей тех, чья сила растет и беспрепятственно расширяется. Поймем и следующее: не ради мира заключают договоры, а ради насущных, жизненно важных интересов государств. Государства считаются с международным правом и уважают подписанные ими договоры пока выигрывают от существующего положения, однако как только им покажется более выгодной другая ситуация, "бумажная" дружба с другими, они плюют на договора, оставляют прежних союзников и угрожают всеобщему миру. Это - реальная сущность вещей, это - реальный мир, а не тот, неправильным и обманчивым представлением о котором убаюкивалась и продолжает убаюкиваться наша сентиментальная нация. Трудолюбивый и обладающий такими способностями в построении своего материального будущего, обеспечивающий себя материальными благами на все случаи жизни, считающий смешным, если кто-либо летом восхищается лишь красотой солнца и не думает о зиме, наш народ удивительным образом является идеалистом в отношении мира, молится за него и абсолютно не верит, что есть зима войны. Однако война приходит вопреки нашему желанию, потому что закон противоборства правит миром. Эту истину не хочет понять наш народ - и по этой причине богатства, накопленные кропотливым трудом в мирное время, отдает во время войны врагу, а сам, подобный попрошайке, становится обузой для других. Мы хотели бы, чтобы наш народ еще раз понял, наконец, что состояние мира не вечно, а лишь является временным перемирием. Состояние мира даже не является нормальным, мира нет на нашей планете, не может быть в истории человечества. Война - неизбежный момент в жизни народов, она не ведется лишь по соображениям разума, война - одно из самых бурных проявлений человеческой эволюции. Война - инстинкт, и в этом причина того, что люди воюют практически вынуждено, идя против требований разума, моральных законов, и обращаются к последствиям лишь после сведения счетов, победы или поражения. Состояние мира для человечества не что иное, как усталость. Обречен тот народ, который быстро устает. К войне стремится тот, кто здоров. Война - желание здорового и крепкого, также как мир - вожделение слабого, мечта усталого. Несомненно, состояние мира усталых народов было бы благом, если бы победившие в войне не были способны злоупотреблять миром. Злоупотребление состоянием мира еще более катастрофично для побежденных народов, чем даже сама война. История знает мало примеров истребления народов, в то время как могущественные народы, пребывая в невыгодном мире, не подвергаясь кровопролитным ударам, медленно исчезали. Мир, царящий сейчас на Ближнем Востоке, для нас - мир медленного уничтожения. Враг сторожит не только превращенную в кладбище турецкую Армению, но и внимательно наблюдает за миром в Советской Армении. В любую минуту он может нарушить этот мир, и если до сих пор не пытался - это означает, что так более выгодно для его политических целей, Кроме этого печального обстоятельства есть психологические и другие причины, делающие нас все большими пессимистами в отношении будущего нашего народа. Прежде всего, нынешняя Армения чрезвычайно бедна и мала. Надеяться, что в специфических условиях Кавказа, находясь под властью чужой нации, будучи окруженным враждебными народами, армянство должно процветать культурно и экономически, стать политической силой, создать государство - самообман. Нынешняя Армения едва ли составляет 1/12 нашей исторической родины. Это не родина, а родимый угол. В сегодняшних своих границах она не в состоянии принять рассеянных по всему миру и лишенных родины армян, чье положение скитальцев катастрофично с двух точек зрения: прежде всего, они безусловно подвержены истреблению, как, например, в Турции, либо в мирных условиях - ассимиляции. Родной угол и народ - скиталец. Судьба, повергшая наш народ в сомнения и колебания, иначе говоря - в национальный пессимизм. И горе тому народу, который заражен этой болезнью: он стоит на краю могилы. Не будем, однако, впадать в панику, и без суетных иллюзий и излишних предубеждений примем горькую правду - наше будущее в опасности. Было бы бессмысленным признавать эту истину, если бы она лишь повергла нас в ужас, но не потрясла. Потрясения в жизни народов - рычаги спасения. Безнравственен и потерян тот народ, который ради выживания не способен на глубокие потрясения. Только способные на глубокое душевное потрясение народы могут оздоравливаться. Не столь катастрофично нести потери, если при этом наставляешься, приобретешь опыт, трезвость: но не быть способным к переоценкам - катастрофа. Без переоценок теряют смысл искания, а без исканий не только умирает мысль народов, но и сами народы. Мы должны подвергнуть переоценке не только реальную природу событий, но и в особенности субъективные стороны нашей духовной жизни.

Мы должны искать, найти реальные причины наших несчастий, признать свои настоящие раны, подвергнуть исследованию душу нашего народа, после чего только может идти речь о лечении. Действительно, почему проиграл и оказался брошенным своими друзьями армянский народ? Кто виноват, географическое ли положение страны, христианская ли Европа, мусульманская ли Азия, судьба ли? - Все, кроме нас. Так размышляет наш неисправимый обыватель. Это умонастроение... Жалуются, недовольны, проклинают судьбу и бесконечно повторяют, что мы находимся на великих перекрестках, что плохи они, эти перекрестки. Здесь только одна жалкая истина, но сколько преимуществ взамен. Ведь наше нагорье неприступно, каждая из наших гор неуязвима. Не видеть этого и оплакивать судьбу - есть не что иное, как самооправдание слабого и труса. Самооправдание слабого - психология больного. В этом состоит не только предубеждение, но и порок добродетели. Было бы неправильно верить больным, когда они жалуются на мир. Мир - это представление, а источником такого представления является собственная душа. Когда народы недовольны своей родиной, они больны душою. Может и вправду народ, расположившийся на одном из самых неприступных в мире нагорий, недостоин своей судьбы, но судьба - никогда не бывает неблагодарной. Будь оно сильным, и армянство творило бы чудеса на этом связующем мосту. Но было немощным, ослабло " и стало недостойно своей природы. Больной, несчастный народ, имевший до сих пор два достоинства: свои несчастья приписывать внешним причинам и надеяться на то, что спасение придет извне. В этом причина нашей странной веры и воодушевления, когда чужие выполняют свои обещания, и настолько же странного нашего разочарования и безнадежности, когда они эти обещания нарушают. Катастрофическое самоотрицание, настолько обесценившее нас духовно, что мы не даем себе труда в наших несчастьях увидеть и часть нашей же вины. Мы настолько считаем недостойными сами себя, что не предполагаем, что в политической жизни причиной чего-либо - даже несчастья - можем быть мы сами. Случается все, может, с пользой для нас, но вне нас, независимо от нас. Слепое политическое приспособленчество затуманило наш разум до того, что мы даже не видим грубую, кричащую истину - в наших несчастьях виноваты не все, кроме нас, а прежде всего мы сами. Странно - рассуждает наше обывательское сознание - наша вера в Европу была слепым чувством, наша снисходительность к врагу - христианской, но тем не менее мы оказались разбитыми и всеми покинутыми. Ничего странного! Оказались разбитыми и покинутыми, потому что абсолютно не знаем характера европейцев. К Европе у нас было христианское чувство, и по причине нашего странного мистицизма - нашей национальной болезни - наши собственные настроения мы приписали европейцам и глубоко верили, что все войны они ведут во имя нашего спасения. Этот самообман сделал нас политическими попрошайками, а поскольку мы к тому же были слабы, то и плаксами. Попрошайничество и плаксивость - психология целого периода, наше единственное политическое оружие. Однако плаксивость является доказательством духовной незрелости или трусости. Попрошайничество вообще отвратительно. Попрошайке помогают не только побуждаемые состраданием, но зачастую из брезгливости. Ужаснее политическое попрошайничество, потому как в политике нет сострадания, а брезгливости - немного. Нет места попрошайничеству в политике. Эгоизм назойливого попрошайки считает абсолютно естественным, чтобы люди, даже самые недостойные, сжалились над ним. Более назойлив и требователен попрошайка, если он также и инвалид. И вот этот эгоизм попрошайки и требовательность инвалида стали психологией.

Вдохновленные евангелием, эти два психологических момента получили политический смысл, характер дипломатического оружия. Для христианской паствы, но только для нее - это чудесная добродетель. Сегодня мы проклинаем политических благодетелей, но забываем, что удел попрошайки и инвалида - приют, а не независимая родина. Вчера мы были такими, будучи религиозной паствой, сегодня мы претендуем на то, чтобы считать себя политической силой, но не освободились от психологии паствы, пронизавшей политическое мышление различных течений, благодаря этому бессознательно приверженных идеям ориентации. Правда, заметен шаг вперед - от христианской предубежденности к приверженности ориентации - но, во всяком случае, следует признать одно, что определенная часть нашего народа, пожалуй, не готова к политической жизни, незрела, бессильна, труслива и абсолютно не свободна от прежних умонастроений. В блужданиях армянской политической мысли это - следующий этап, этап становления полунезависимости мышления. За короткое время этот период имел катастрофические последствия, и кажется, что он продолжает еще более затуманивать, окровавливать нашу судьбу, раскалывая, ослабляя изнутри наш народ. Эти течения уже получили в нашей жизни свое выражение как приверженность различных группировок русской или западной ориентации, даже поговаривают о турецкой ориентации. Безумные, с точки зрения блага нации бессмысленные столкновения этих группировок в наибольшей степени содействовали падению Армении и ее разделу между Россией и Турцией. Однако, не только политические потери являются следствием этих умонастроений. Самое страшное, что народ постоянно должен будет вдохновляться уверенностью в том, что он слаб, нуждается в покровительстве других, и тем самим лишает себя воли, делаясь неспособным хотя бы на организацию собственной самозащиты своими силами. Имеющие претензии на независимость народы должны прежде всего освободиться от подобных умонастроений. Народы, лишенные самостоятельности, не могут создать государства. Государственность подразумевает независимое политическое мышление, уверенность в своих силах в борьбе, инициативу в управлении, а победы есть не что иное, как результат уверенной в себе инициативности. Были случаи, когда та или иная наша область оставалась в изоляции, но благодаря психологической решимости одинокого, успешно осуществляла свою самооборону. И, в противоположность этому, когда мы придерживались политики опоры на внешние силы - жестоко проигрывали. Проигрывали, потому что руководимый принципами опоры на внешние силы лишен решимости психологии одиночки, иначе говоря - всякой возможности победы. Политика вообще избегает изоляции, а политика ориентации есть не что иное, как страх перед одиночеством. Проникся народ таким страхом - побежден, потерян. В этом еще одна причина наших несчастий, примем и эту истину. Из-за настроений упования на чужих в некоторых наших политических течениях, недостатка самоуверенности и страха одиночества наш народ, в других случаях сумевший бы успешно организовать свою самооборону, превратился в безвольную толпу и проиграл. Наши поражения были психологическими, мы проиграли не потому, что были слабы численно и технически, а потому что были слабы духом. Под чужим управлением армянин - редкостный и воинственный боец, а под собственным знаменем - зачастую трус и пораженец. В Карсе дислокация наших войск была предпочтительнее, как с точки зрения естественных условий, так и в смысле организации обороны, мы имели

также преимущество в живой силе, были лучше обеспечены боеприпасами, но при всем при этом проиграли, потому что отсутствовала решимость психологии одинокого, вера в возможность достижения чего-либо самостоятельно. Мы проиграли, потому что, как нация, лишь частично осознали наш долг, частично поняли реальные условия существования, попытались подняться, но не вместе и не по велению внутренних сил. Мы проиграли, потому что вместо того, чтобы целиком использовать духовные силы нации, стали искать покровителей. Завтра, при таких умонастроениях, мы исчезнем окончательно. Спасемся, если освободимся от предубеждений, если попытаемся встать на ноги, однако, не под внешним воздействием, по желанию других, а нашим внутренним, естественным, неудержимым порывом. Только так народ сможет стать политически и духовно свободным. Содействующие нам на этом пути силы должно использовать как союзников, друзей. Использовать, а не молить - понял армянин различие, значит, стоит на пути спасения. До сих пор мы ищем благодетелей и покровителей - значит, больны, слабы и незрелы духом. После этого должно говорить о союзниках, потому что мы хотим стать здоровыми и мужественными душой. Союзники, а не благодетели - это означает, что армянин храбр и ищет друга для самозащиты, для войны. Это - право храброго, того, кто решил победить в одиночку, и ищет союзника лишь для облегчения победы.

Храбрый народ - только у такого бывают союзники, только такому протягивают руку государства. Поймем и эту истину. Чтобы спастись, нужно также стать смелым, то есть - победить свой страх. Только освобожденный от страха дух способен видеть и представлять мир в его реальности. Страх всегда порождает чудовищ. И именно из-за этих чудовищ зачастую умирают народы. Пробелы в политическом сознании, неуверенность в себе, психология страха - вот наш трехглавый враг. И пока мы не сможем убить в себе этого внутреннего врага, не сумеем освободиться от врага внешнего. Сказано: "Я, человек, должен себя преодолеть". Итак, пока армянин не сможет побороть себя - убить в себе чудовище страха, воодушевиться новым умонастроением, измениться душою, короче говоря, пока не станет храбрым и не будет нести имя храброго наш народ не сможет не только освободиться политически, но и избежать исчезновения как нации.

В созданных нам на востоке условиях может жить храброе и исповедующее храбрость армянство, но не сегодняшнее. В войнах побеждает храбрый - это означает, что побеждает тот, кто обуздал собственный страх, кто прежде, чем вступить в единоборство с врагом, построил в своей душе храм победы. Война - не столкновение грубых механических сил, но - духовных возможностей народов. Более того, война - столкновение народных божеств. Техника - оружие, возможности - дух, кузнец войны. Оружие необходимо - но в храбрых руках. Готовящиеся к войне народы прежде всего вооружаются духовно. Не учтено это условие - неизбежно поражение и сдача технических возможностей врагу. Чтобы победить, нужно преодолеть свое поражение. Преодолеть свое поражение - значит, быть способным к самозащите, что есть не что иное, как поражение врага. Самозащита - вот что диктует время и прогресс. Самозащита - вот наша новая религия. Самозащита - вот единственный способ обеспечить существование как народов, так и их богов. И вовсе не эгоизм, когда народ провозглашает самозащиту своей религией. Напротив, к такому убеждению подталкивают народы кровавые трагедии, и только самые праведные народы имеют право на такую религию. Самозащита не естественное право каждого народа, а обязанность по отношению к человечеству. Народы живут для себя, творят - для человечества. Недостоин жить живущий только для себя. Народы должны творить - а потому имеют право на жизнь. Народ, который не способен на самозащиту, лишен этих элементарных добродетелей, - добродетелей, критерием которых является лишь способность к самозащите. Лишен народ способности к самозащите - значит лишен всяких добродетелей, лишен морального права на существование.

Долгое время мы умоляли о гарантиях жизни, имущества, чести - тогда мы были не только слабы, но и лишены добродетели. Жизнь народов не милость тиранов, они не могут жить милостыней и не должны жить ею. Паразит тот народ, который в деле самозащиты полагается только на чужую милость. В жизни паразит аморален, а таким нет места в истории. Примем также и эту истину. Без гнева. Самозащита не есть дар чужого, но нечто от себя - себе, влияние свое - на себя. Самозащита есть внутреннее усилие народа к своему существованию. До сих пор это усилие проявлялось в виде молитвы, мольбы, попрошайничества и как следствие - тысячи и тысячи мирных жертв. Сейчас это усилие должно стать выражением нашей внутренней силы. Прогнило наше старое оружие, растлены старые рукописи. Сейчас мы должны услышать новое евангелие - евангелие мужества. С Ваагном мы должны говорить сейчас - с Богом древнего мужественного армянства. Новая святая книга должна быть вложена нам в руки - евангелие мужества. Мужество - вот что должно стать призванием наших будущих поколений, поскольку это высокое качество спасает народы от физического и морального падения, поскольку мужество - единственная божественная благодать, помощью которой народы приобретут и обеспечат независимость. Вот почему пророками мужества должны стать все лидеры армянской интеллектуальной и духовной жизни. И школа, и церковь, и политические партии, и пресса, и непартийные организации - все, все должны преисполниться новым умонастроением, должны повторять новые истины, повторять без конца, без устали, до тех пор, пока идея смелой, мужественной самозащиты не станет народным умонастроением, искренней страстью, психологией, до тех пор, пока армянство не станет способным на самозащиту.

Церковь. Она должна пересмотреть свое неправильное понимание христианской любви, чтобы прекратить считать слабость добродетелью и убивать волю нашего народа. Неверно поняла она тайну христианской любви и вследствие этого на протяжении веков стала причиной беспримерной трагедии нашего народа. Любит тот, кто силен, кто богат душою, в ком сила бьет через край. Бесплодна любовь слабого. Прощение - раболепие слабого. Христос любил, поскольку был силен, он любил потому, что был могуч до уровня любви и прощения. Его личная жизнь должна стать ориентиром для церкви. Тайна его смерти - героическая жертвенность. Он пожертвовал собою, потому что был героем идеи. Только мужественный, смелый, только герой может пожертвовать собой. Слабый не способен ни на любовь, ни на самопожертвование. Народ, не способный на две эти добродетели, обрекает свое существование на произвол судьбы. Не тот христианин, кто неправильно понял стихию христианского учения, запутался в суевериях и ослаб до стадии исчезновения, а тот, в ком есть хоть доля христианства - хоть искра души богочеловека. Он был всемогущ, всесилен - мы должны быть, по крайней мере, могучими и сильными, чтобы суметь любить и жертвовать собой. Ошибалась, жестоко ошибалась наша церковь, проповедуя мораль нищих и обездоленных. Впредь она должна говорить о мужественном народе, способном на любовь и самопожертвование, если хочет, чтобы хоть следы христианства остались в Малой Азии и Армении. Сильный и мужественный народ, такой, который способен презреть смерть во имя своего существования! Так должен жить не только армянский народ, но и армянская церковь. Самозащита армянского народа - вот новая вера армянской церкви. И если не воспримет она эту истину, не станет исповедовать, распространять денно и нощно эту спасительную идею, если всеми доступными ей методами не будет содействовать делу нашей самозащиты - тогда она обречена на гибель.

Пресса. Ее обязанность - давать народу сжатую правду. Цель - осветить истиной путь народа в будущее. Нет у прессы этого призвания, значит она - никому не нужный паразит, и понапрасну содержат ее народы за свой счет. К несчастью, за некоторыми исключениями, такой является наша армянская пресса. Слухоописательство, а не пресса - означает, что мы пока не созрели, что не можем обнаружить внутренние сложности нашей жизни, высветить их, и вместо этого занимаем нашу мысль окружающими нас событиями, слухами. Для нас пока представляет интерес лишь то, что происходит вне нас или касается нас лишь внешне. Подобное умонастроение господствовало в нашей журналистике практически с момента ее зарождения. Спасение извне - этого достаточно, чтобы журналистика воодушевилась благоприятными внешними признаками, сочувственной улыбкой некоего дипломата, проармянским высказыванием какого-нибудь известного европейца деятельностью в пользу армян какого-нибудь миссионерского общества, проармянской резолюцией какого-нибудь пацифистского конгресса, чувственной речью какого-нибудь парламентария после какой-нибудь армянской резни и, наконец, такими событиями, которые не имеют никакого реального значения для самозащиты или спасения народов. И так целые десятилетия!.. И никто не понял, что таким образом становится соучастником армянской трагедии, уводя внимание народа от его единственного спасительного оружия - самозащиты. Бывали высказывания в прессе, часто даже агитация в пользу самозащиты, но все это половинчато, не без предрасположенности к внешним силам, и потому - полуправда, бесполезно. Журналистика, которая на протяжении десятилетий, после тысяч и тысяч жертв, не смогла указать на истинные причины бедствий своего народа, найти некую общую картину и попытаться сделать ее психологией масс. Журналистика, некоторые органы которой по отношению к внешним силам снисходительны, угодливы, льстивы, а к себе, к своему народу - раскольники, нетерпимы и высокомерны. Журналистика, некоторые органы которой руководствуются проходными добродетелями или, восславляя силу и обаяние больших народов, подлым образом презирают свой собственный. Журналистика, которая возбуждает групповые страсти и не способна понять одну простую истину, что самозащита народа - общее дело, в котором разные течения, разные направления должны быть единодушны. Журналистика, которая после продолжительных панегириков надеждам на помощь извне, сегодня, разочарованная, поносит налево и направо все народы и языки, не в состоянии понять, что если армянский народ не стремился, не прибег к самозащите я подвергся избиению, то виноваты в этом не другие. Журналистика, с одной стороны день ото дня кричащая о том, что армянский народ стал жертвой стремящихся к мировому господству народов и, сам того не сознавая, погряз в перипетиях дипломатии, с другой стороны до смешного, по-дилетантски, рассуждающая об ориентациях. Такая журналистика армянскому народу не нужна. Также как и армянская церковь, армянская пресса должна духовно обновиться. Репортеров у нас много, даже в избытке; сегодня нужна обновляющая публицистика. Журналистика, которая безошибочно определит все беды нашего племени, предложит радикальные методы, которая подвергнет переоценке наше прошлое и найдет новые истины, которая высветит трудности нашего народа и выявит его скрытые добродетели, которая увидит опасность, подстерегающую наш народ и станет набатом его духовного вооружения.

Пресса, наконец, которая освободится от проиностранных умонастроений и будет проповедовать мужество, которая, вместо развалин и останков, будет говорить о героическом народе и так до тех пор, пока армянство, гордо стоящее на своем нагорье, не докажет миру, что оно - мужественное и храброе - хозяин своей родины и судьбы. В обязательном порядке должны обновиться духовно также и наши партии. Они - в особенности. Наши внутренние распри, противоборство играют на руку внешним врагам и направлены против нашего народа и нашей страны. Трудно поверить, что ярость отвратительной межпартийной борьбы исходит из любви к родному народу, о путях спасения которого противоборствующие стороны имеют разное представление. Единственным "боевым средством" в борьбе наших партий должно было быть моральное порицание и не более - не ложь, не клевета, не извращение действительности и не аморальные и достойные осуждения деятели! По-детски наивны те партии, которые, отрицая мораль в политической борьбе, надеются, что смогут сохранить нравственную чистоту в своих рядах. Нищета нравственного - то ж, что и нищета нравственных сил. От имени одной части народа охаивать другую, противоположную во взглядах и по-мальчишески отрицать ее право на существование еще не означает воспитания своих рядов. Бессмысленна и отвратительна критика, если она не созидательна. Кто денно и нощно занят критикой недостатков своих противников, тот по меньшей мере идет на компромисс со своими пороками. Такой может и выиграть, но приобретение будет за счет своего нравственного здоровья. Такой может нанести ущерб своему противнику, но сам не приобретает ничего.

Подлость остается подлостью даже в том случае, когда она оправдывается самыми сокровенными интересами - это прежде всего лишает морали и ослабляет. И смешно, и несправедливо говорить бесконечно только хорошее о своей партии и только плохое о других. Подобные больны духом. Злоупотреблять, пользуясь темными чувствами масс, и сеять слепую ненависть к противнику - нет, не это означает вести идейную борьбу! Такие люди подталкивают свои ряды к падению, такие люди - зло и для своих, и для противника, и для своего народа. Страдая слепой ненавистью, некоторые наши партии забыли о святом деле самозащиты армянского народа, во имя чего, казалось бы, они и созданы. Они продолжают раздраженную и взаимоисключающую борьбу, ослабляя себя и ослабляя наш народ, разрушая его коллективную душу, они делают то, что нужно нашему внешнему врагу. И все это наивно называется народолюбием, когда, в сущности, осуществляется народоубийство. Да, народоубийство.

Не понимать, что жизнь - бесконечное и неустанное обновление, есть умственная близорукость. Духовная закостенелость - то же, что моральная смерть, умирание. Безразличие, пессимизм, моральное умирание - составляющие медленного самоубийства народа. Народы, не способные к обновлению, умирают ежечасно и ежесекундно. Да, агонизируют те народы, которые ленивы духом, руководствуются случайностью, запутавшись в политических блужданиях и психологических ошибках. Наши партии или не понимают этого, или не имеют времени понять. Им не хватает истин, заключающих в себе спасение. Нет, не видно в них напряжения мысли, а понять истины можно только таким напряжением. Нет творчества, нет запасов моральных сил, есть противоположное, есть хаос и анархия понятий, нравственный застой, есть моральный паразитизм - губительная психологическая атмосфера, в которой не взращиваются, не расцветают нравственные силы. А в такой атмосфере воспитываются только трусливые, малодушные и пораженчески настроенные поколения - трусливый народ, большая часть сил которого уходит на страх и беспокойство. Существует переоценка проиностранных ориентации, сумасшедшее их противоборство - плод психологии слабых. Есть нерешительность - иначе слабость, и нация, проявляющая их, наибольшим образом ускоряет и усиливает удар врага. Есть все то, что подвергает будущее нашего народа опасности и делает его безнадежным. Короче говоря, создалась ситуация, которая угрожает нашему народу смертью. Те, кто совершенствуются нравственно, будь то отдельные личности или группы людей, прямо или косвенно способствуют нравственному развитию общества. Наши партии, оставив византийские споры и бессмысленное стремление любой ценой повергнуть друг друга наземь, оставив суетные усилия завуалировать собственную неполноценность каждодневным рекламированием недостатков соперника, - оставив все на свете, должны сделать своей обязанностью самовоспитание. Личность или народ всегда сильнее, чем нужда, чем опасность, чем враг, всегда способны превзойти себя, возвыситься над собой - если не испытывают недостатка в воле держаться на ногах собственными силами. Возвышаясь, возвысить наш народ духовно, самосовершенствуясь, направить душу народа. Народы не проигрывают, если не хотят проиграть. Осознав эту истину, наши партии должны донести ее до нашего народа, чтобы вдохновить его. Наши партии и посредством них народ наш должны глубоко осознать, что:

- пока народ ропщет, молит, плачет, ненужно ему помогать, поскольку такой народ сам, по своей воле отказывается от своего права на существование;

- не стоит и не нужно помогать упавшему, если в нем не достает воли самостоятельно встать на ноги;

- кто не действует в полную силу, тот не имеет права ожидать помощи от других;

- народы, не способные защищаться самостоятельно, наказываются гибелью; - право есть понятие силы, а не логики, также как и борьба за право - нравственная основа существования народов - не есть проклятие, а благодать. Обречен народ, если он поступается своими правами во имя преступного покоя, не так - обратном случае;

- слабый виноват в своей слабости. Слабость безнравственна, она создана, чтобы стать добычей силы. Грех своей слабости народ искупает поражениями, рабством и бесславным существованием;

- непобедим народ, который руководствуется духом. Там, где присутствует дух, а иначе - нравственные силы, - там практически теряют свое значение численное превосходство, камень, металл. Тот, кто в союзе с духом, тот в союзе с нравственными силами, чьи возможности возрастают до невероятных высот, становятся неисчерпаемыми;

- в истории народов главную роль играют не внешние условия, не политическая ориентация, не случайности, а психологический облик;

- внешние условия существования народа тесно связаны с его внутренним психологическим состоянием. Иначе говоря, каждый народ достигает того, что позволяет ему импульс его нравственных сил.

Осознавая все это, наши партии, наша церковь, наша школа, пресса обязаны изменить духовно наш народ, Осознавая эту спасительную истину, воспринимая ее как часть своей сущности и воплощая ее в жизни, наша интеллигенция должна суметь, перевоспитав, духовно поднять армянский народ, она должна суметь сделать непобедимость духа залогом непобедимости нашего народа, его физического и нравственного существования. Мы нуждаемся в перевоспитании, мудрое воспитание нужно нам - последняя карта народов, чье будущее в опасности. Воспитание, которое коренным образом изменило бы до сих пор существующие и присущие слабым наши понятия о праве и политической морали, христианстве, силе и слабости, войне и мире, воспитание, которое вооружило бы армянство великим национальным чувством немеркнущим сознанием, придало бы ему мужество и стало источником высокой любви к народу и преданности идее, заставило бы навсегда предпочесть общие выгоды личным, сделало бы счастьем каждого счастье всех, настроило бы всех, абсолютно всех почувствовать в себе больше обязанностей, чем прав, заставило бы армянина умирать, чтобы жить и дарить жизнь, а не жить, чтобы умирать, воспитание которое осуществило бы в нашем народе возможную социальную справедливость - единственный залог отсутствия трусов, обездоленных и испорченных, а потому - единственный залог непобедимости нашей родины. Спасительное воспитание, которое дало бы нам необходимые добродетели тех народов, которые мужественны и уверенно смотрят в будущее, которое вознесло бы нас до высшей степени восприимчивости и чуткости - тех качеств, которые во сто крат увеличат нравственную мощь народа. Воспитание, которое изменило бы духовно и спасло наш народ.

Вот такой созидательной и спасительной воспитательной работе должны решительно и безоговорочно отдаться все движущие нашу жизнь и ход нашей истории политические образования - под контролем высшего национального органа, избранного всеми течениями. Вынося на публичное обсуждение вопрос о необходимости духовного перевоспитания нашего народа, я хотел бы верить, что наша интеллигенция обеспокоена будущим нашего народа, что она - после огромных наших потерь - будет считать народоубийством продолжение старого и, исходя из жизненной необходимости, найдет в себе добродетель встать над партийностью, хотя бы в вопросе самозащиты нашего народа. Наша история не должна быть повторением ужасных ошибок, но их исправлением. Впредь - ничего из того, что делалось и делается для облегчения деятельности нашего врага. Это должно стать нашим сегодняшним призывом к бдительности и спасению. И если будет так, если поведет себя так наша интеллигенция – завтра всем народом мы достигнем того, чего хотим. Человечество не в состоянии представить себе те высоты, которых может достичь отдельная личность или целые народы посредством развития своих духовных сил. Будущее за теми народами, которые осознают и осуществляют на практике эту истину. Завтра победит тот, кто еще сегодня одержит победу в своей душе. Поймем, впитаем в себя эту истину и будем работать во имя нашего будущего - если не хотим исчезнуть как нация.
Изображение
Между нами есть различие: Я умру за свои убеждения, а вы умрете за чужие!

Ответить

Вернуться в «История»