Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Ответить
Аватара пользователя
Iss
Иерарх
Сообщения: 6469
Зарегистрирован: Пн ноя 12, 2007 19:10
Репутация: 5
Пол: Мужской

Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Iss » Вс мар 24, 2019 19:13

На мой взгляд все нижесказанное вполне применимо и к традиционному сатанизму.


Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Автор: The Rational Heathen (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Если вы уже какое-то время вращаетесь в языческих кругах, вы, скорее всего, слыхали об НЛГ, или о неподтвержденном личном гнозисе. Но если нет, я сейчас объясню. Это когда у вас происходит контакт — в форме внутреннего общения, мыслей или вдохновения — с кем-то из наших богов и вы получаете информацию, которую невозможно подтвердить доказательствами, потому что это — сугубо ваше личное знание. Это могут быть всякие мелочи — например, вы узнаёте, что Фрейя любит шоколад (и, кстати, она его действительно любит). Может быть и кое-что посерьезнее: допустим, Тор хватает вас за шиворот и требует, чтобы вы стали его годи или гидьей. (И кто я такая, чтобы вас отговаривать?) Но в чем же проблема с неподтвержденным личным гнозисом и почему вокруг него столько шума?


К чему столько шума?

Многие беспокоятся по поводу НЛГ, потому что доказать его истинность не так-то просто. Личный гнозис — такой личный! В том смысле, что откровение получает только один человек. И мы не можем вернуться в прошлое и засвидетельствовать, что с этим человеком действительно говорили боги. Впрочем, рассуждая логически, доказать обратное тоже очень трудно.

Вот, к примеру, мои слова насчет того, что Фрейя любит шоколад. Вы спросите: откуда я знаю? Можно ответить по-разному. Например, что хороший шоколад — это так же круто, как секс. Или что Фрейя всегда исполняет мои просьбы, если на блот я подношу ей шоколад. Или что Фрейя самолично сообщила мне, что любит дорогой, органический, экологически чистый 95%-ный шоколад из какао-бобов, выращенных в высокоэтичных условиях. Я могу назвать любую из этих причин — и вам решать, действительно ли это так или я немного с приветом (или под кайфом), а, может, попросту всё сочиняю. Ну или, может, вы и сами говорили с Фрейей и вам она сказала, что терпеть не может шоколад. Или предпочитает дешевый шоколад с позапрошлогоднего Хэллоуина.

Короче. Вся штука в том, что неподтвержденный личный гнозис трудно проверить именно потому, что он личный. Мое слово — против вашего. К тому же, некоторые заведомо убеждены, что любой НЛГ — это что-то из области суеверий и чистых фантазий.


Так можно ли подтвердить неподтвержденный личный гнозис?

Соответственно, вопрос в том, можно ли найти какой-то способ стабильно подтверждать наш НЛГ. И это отличный вопрос… но ответ на него — «нет». Что-то мне подсказывает, что вряд ли мы можем призывать богов, когда наша левая нога пожелает, и требовать от них каких-то прилюдных подтверждений. Но иногда личный опыт такого рода у разных людей совпадает. Когда у меня случается особенно необычный НЛГ, я просто рассказываю об этом знакомым гидьям. И они говорят, согласуется ли эта информация с тем, что им известно об этих конкретных божествах. Кое-что из моего опыта совпадало с теми кусочками НЛГ, которые доставались моим знакомым. Одним словом, сама я вполне уверена в своем опыте. Но вот что подумают о нем другие люди — это уже совсем другое дело.

Мне попадались женщины, утверждавшие, что они — смертные жены тех-то и тех-то богов. Признаться честно, я верю им не на все сто, но это их НЛГ, а не мой. Мой НЛГ не вступает в прямое противоречие с тем, что они заявляют, поэтому на самом деле я не вправе утверждать, что они ошибаются или врут. И доказать, что смертная женщина не может стать женой Одина, Локи или Тора, невозможно — точно так же, как невозможно научно доказать, что боги вообще существуют.


Бремя доказательства лежит на утверждающем

Логика подсказывает, что человек, сделавший какое-то утверждение, должен сам доказывать свою правоту. Например, если я скажу, что у меня на газоне поселился розовый единорог, то именно я должна буду доказывать, что он там живет, — если, конечно, захочу, чтобы люди мне поверили. В противном случае мне останется самой развлекаться со своим воображаемым единорогом, а миру в целом до него не будет никакого дела. Точно так же мы можем заявлять, что Тор, Тюр или Один существуют, но пока мы не предоставим какие-нибудь неоспоримые доказательства, это останется вопросом веры. Иными словами, если делать ставку на веру, выиграть логический диспут с атеистом вам не светит.

Тот факт, что люди с древности передавали предания о богах из уст в уста, а лет восемьсот или тысячу назад решили их записать, сам по себе не доказывает, что боги существуют. Археологические находки, подтверждающие, что люди когда-то поклонялись этим богам, — тоже не доказательство. Доказательство появилось бы только тогда, если бы мы предоставили неопровержимые свидетельства существования богов — причем такие, чтобы любой другой человек, воспользовавшись нашей методологией, неизбежно получил бы те же свидетельства. Итак, весь наш неподтвержденный личный гнозис остается бездоказательным.


И тут входит реконструктор…

«Наш НЛГ — тысячелетней выдержки! Не чета всем этим вашим новомодным бредням!»

(О черт, я так и знала, что этим все кончится!)

Некоторые реконструкторы склонны к атеистическим убеждениям — или, попросту говоря, скорее к неверию, чем к вере. (Я говорю «некоторые», потому что все-таки знаю нескольких реконструкторов, признающих НЛГ частью нашей религии.) Эти так называемые язычники отмахиваются от чужого НЛГ, а иногда и откровенно над ним потешаются. У нас, мол, религия, а не ролевая игра с дополнительными заданиями.

Очень хорошо, но чего я никак не пойму — это почему они с такой готовностью принимают древний НЛГ, отвергая более поздний. Ведь каждая старинная история о богах и духах когда-то возникла как чей-то НЛГ. Всё та же логика подсказывает, что мы не в состоянии проверить мифы и легенды о богах, дошедшие до нас из древности, — так что остается либо принять их как НЛГ и идти дальше, либо отбросить их все скопом как безосновательные.

Очевидно, опять же, что некоторые мифы, изложенные в Эддах и прочих источниках под видом исторических сведений, невозможно воспринимать буквально. Наука доказала, что мир наш создан отнюдь не из тела Имира, что не было никакой гигантской коровы, вылизавшей изо льда первых богов, а землетрясения происходят не от того, что Локи корчится, когда на лицо ему капает яд.


НЛГ есть НЛГ — и в этом нет ничего плохого

НЛГ, как я уже сказала, — это, по определению, личное знание. Мой НЛГ может иногда противоречить вашему (если у вас есть свой) или чьему-то еще. Может оказаться и так, что чей-нибудь НЛГ яйца выеденного не стоит: например, человек что-то нафантазировал, чтобы придать себе важности, или чего-то недопонял… а может, он вообще не в ладах с головой. Так уж обстоит дело с любым НЛГ: удостовериться в нем на все сто невозможно. И, подозреваю, так было всегда — и наши предки тоже с этим сталкивались.

Потому что все знания о богах, которые имелись у наших предков, — это тоже НЛГ. Иначе останется только вообразить себе эдакий огромный школьный класс, в котором древние язычники сидят и пуляют друг в друга жеваными бумажками, пока несчастный Один пытается вдолбить им основы космологии. (Или Тюр?) Так и вижу, как Локи исподтишка учит всех плохому, а потом приходит Тор и вправляет всем мозги! Нет-нет, это не НЛГ. Не пугайтесь.

Вернемся к сути. Наши мифы и легенды родились по большей части из НЛГ. В некоторых племенах и общинах принимали НЛГ тех людей, которые пользовались всеобщим уважением, и тех, чьи утверждения подтверждались косвенно — то есть, совпадали с личным гнозисом некоторых других людей. В других местах, скорее всего, были приняты другие верования и даже другие боги и богини, но с приходом христианства многие такие местные традиции изменились до неузнаваемости или попросту угасли.

К чему я веду? К тому, что не надо бояться НЛГ! Наоборот, его надо приветствовать. У нас появился шанс воссоздать свое языческое прошлое и обогатить его современными знаниями. Но для этого нужно признать, что НЛГ имеет право на существование, — и без страха принимать те личные откровения, в которых действительно есть смысл.

The Rational Heathen (c)
Перевод: Анна Блейз (с)
http://polytheism.thesaurusdeorum.com/p ... gqpM3WOlG4
Среди могил унылых и безвестных
Я принесу чудовищный оброк
Тебе, о страх земной, подземный рок
И бич небесный!

Аватара пользователя
dazarat
Иерарх
Сообщения: 3606
Зарегистрирован: Вс окт 21, 2007 00:56
Репутация: 9

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение dazarat » Вс мар 24, 2019 23:53

Ничего так, хотя и слишком уж упрощённо.
Частная вера такая же глупость, как частное солнце или частная луна. Воззрение на мир формируется не для того, чтобы "нравиться" человеку, но чтобы соответствовать миру.

Аватара пользователя
Iss
Иерарх
Сообщения: 6469
Зарегистрирован: Пн ноя 12, 2007 19:10
Репутация: 5
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Iss » Вс мар 24, 2019 23:56

Ну так я понимаю и задумывалось, чтобы было просто и кратко.
Среди могил унылых и безвестных
Я принесу чудовищный оброк
Тебе, о страх земной, подземный рок
И бич небесный!

Аватара пользователя
Aizavar
Иерарх
Сообщения: 782
Зарегистрирован: Сб май 30, 2009 03:18
Репутация: 9
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Aizavar » Пн мар 25, 2019 11:18

Просто и годно. Одобряю.
Лишь совершение кровавого обряда позволяет нам на краткий миг стать большим, чем человек — и навсегда стать большим, чем мы были до его совершения.

Thorn
Близкий к Тьме
Сообщения: 1034
Зарегистрирован: Чт июл 10, 2014 21:52
Репутация: 3
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Thorn » Чт мар 28, 2019 00:13

Да, это неплохо. Не сказать, что свежо или ново, но статья нужная, особенно для упертых догматиков. Хотя... им не поможет. Тогда для новичков, которые могут слепо верить разным там гуру)
PS Где-то я уже это читал.

Аватара пользователя
dazarat
Иерарх
Сообщения: 3606
Зарегистрирован: Вс окт 21, 2007 00:56
Репутация: 9

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение dazarat » Чт мар 28, 2019 23:59

особенно для упертых догматиков


Ох уж эта сотонинская инквизиция, повсюду видящая нехороших догматиков. :)
Частная вера такая же глупость, как частное солнце или частная луна. Воззрение на мир формируется не для того, чтобы "нравиться" человеку, но чтобы соответствовать миру.

Аватара пользователя
Iss
Иерарх
Сообщения: 6469
Зарегистрирован: Пн ноя 12, 2007 19:10
Репутация: 5
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Iss » Вс мар 31, 2019 02:39

Вот еще в тему:

Ученый и мистик


Реконструкторские направления придают большое значение исконной мифологии, по очевидным причинам дошедшей до нас лишь во фрагментах. Общеизвестно, что мифы этой древней и уже увядавшей традиции записывались христианами, которые рассматривали их со своей точки зрения и соответственно вносили немало искажений и сокращений. Но и это еще не все. Если воспринимать Северную традицию как живую религию с настоящими божествами, а не просто как некое академическое упражнение или религиозный вариант ролевой игры, всегда найдутся люди, вступающие в индивидуальный контакт с теми или иными божествами и поддерживающие с ними личное общение. Или, точнее сказать, божества будут обращаться к избранным смертным и вступать в общение с ними.

Когда происходит нечто подобное, мистик неизбежно вступает в конфликт с ученым. Одно дело — обсуждать аутентичные письменные источники, и совсем другое — когда кто-нибудь встает и заявляет: «А я вчера вечером говорил с Фрейей, так вот она сказала…» Такие аргументы сводят на нет любую научную дискуссию. Среди реконструкторов Северной традиции заявления такого рода принято обозначать аббревиатурой НЛГ, которая расшифровывается (в зависимости от того, насколько глубоко хотят оскорбить оппонента) либо как «необычный личный гнозис», либо как «непроверяемый личный гнозис». Как правило, НЛГ не пользуется доверием, потому что «научного» способа его проверки действительно не существует.

Тем не менее, личное общение с богами и духами неизбежно ведет к НЛГ, хотим мы того или нет. И чем больше людей по-настоящему работают с богами, а не просто болтают о них языком, тем больше выходит на свет разнообразных личных наблюдений и сведений, не охваченных историческими источниками. Именно в этом и состоит разница между воскрешением мертвой религии и практикой живой веры.

Как это ни прискорбно, в дошедших до нас источниках — очень много пробелов, особенно в том, что касается йотунов. Но слишком многие из сохранившихся упоминаний заманчиво намекают на то, что великаны — более древний род, нежели боги (подобно древнегреческим титанам, которых вытеснили олимпийские божества индоевропейского происхождения). А из этого следует, что нам приходится прокладывать себе путь через две полосы препятствий: не только через последствия христианизации, повлекшей за собой утрату устных досредневековых преданий языческих культов, но и через еще более глубокие наслоения «новой» языческой религии, вытеснившей древнейшие верования. От этих верований, бытовавших несколько тысячелетий тому назад, сохранились лишь смутные намеки в изображениях на предметах быта и в этимологии некоторых слов. Поэтому для тех, с кем вступают в общение йотуны и боги йотунов, НЛГ остается единственным способом заполнить зияющие провалы в нашей религиозной практике. Христиане, писавшие о языческой религии покоренных ими народов, умудрились демонизировать даже Одина, Тора и иже с ними; так стоит ли удивляться тому, с какой легкостью в их черно-белой картине мира превратились в демонов боги йотуны — демонизированные еще до них?

Тем не менее, всегда остается вопрос: что из тех замысловатых драм, которые разыгрываются в кукольном театре нашей психики, — пустые вымыслы, а что — и впрямь голоса богов? Те, кто всерьез пытается решить эту проблему (в особенности — последователи традиций, производных от реконструкторских, а не реконструкторы в строгом смысле слова), постепенно выработали новое понятие — ЛГПС, «личный гнозис, подкрепленный свидетельствами», т.е. свидетельствами других людей, работающих в той же традиции. Суть его в том, что в случаях, когда разные люди (в особенности незнакомые друг с другом) получают одни и те же сведения, можно предполагать, что речь идет не о вымысле, а о прикосновении к чему-то реальному. А из этого вытекает простой вывод: если не записывать те сведения, которые принято классифицировать как НЛГ, и не делиться ими друг с другом, то как мы сможем сравнивать их между собой и выявлять ЛГПС?

Я собирал НЛГ, касающиеся йотунов, — свои и чужие — на протяжении многих лет. Занялся этим я не по своему выбору: еще в детстве я услышал зов Хель, богини смерти. Когда я вырос, она стала посылать меня к своим друзьям и родичам, чтобы я усваивал их уроки. Одни из этих уроков во многом напоминали те, которые открываются духовидцам, работающим с асами, ванами или божествами иных пантеонов; другие же были совершенно уникальны по своим целям и методам. Неоднократно мне доводилось иметь дело с такими божествами и духами, о которых в сагах сохранилась лишь пара слов, а некоторые из моих собеседников в иных мирах оставались безымянными. Что касается существ из последней категории, иногда я находил в источниках какие-то отрывочные упоминания о них задним числом и только так узнавал, например, кем на самом деле была та мертвая женщина из йотунов, которая давала мне наставления в Хельхейме. Но, так или иначе, в видениях мне открывалось гораздо больше сведений, чем можно извлечь из клочков и обрывков письменной традиции. Когда же я наконец стал общаться с другими людьми, работавшими с теми же самыми сущностями, и обнаружил в их открытиях немало признаков сходства, а подчас и буквальных совпадений с моими собственными, мне стало понятно, что все эти знания необходимо записывать и распространять. Мы обретаем для себя одни и те же знания, но боимся поделиться ими; нам кажется, что кроме нас, этого не знает никто, — но на самом деле все мы заново изобретаем велосипед.

Эта книга — не очередной сборник пересказов общеизвестных мифов, а коллекция НЛГ о великанах Северной традиции. В ее основе лежит совокупный опыт многих людей, поделившихся своими знаниями в интервью и частных беседах, а также мой личный опыт, накопленный в ходе многолетней практики. Некоторые из моих соавторов запретили упоминать их имена, отказавшись даже взять псевдонимы, а попросили просто включить их наблюдения в книгу. Другие оказались смелее и написали длинные и подробные статьи о божествах, которым они служат; эти работы я по мере возможности постарался воспроизвести целиком. Некоторые предоставили для моей книги стихи о своих богах, заклинания и воззвания или просто небольшие отчеты о личных практиках.

Использовать в этой книге все накопленные данные я не мог — иначе она превратилась бы в настоящую энциклопедию и я возился бы с ней еще добрых девять лет. Надо было где-то провести границу; и я обратился к принципу ЛГПС. Если какая-либо информация о том или ином божестве а) резко противоречила письменным источникам в контексте, где сами источники не содержали внутренних противоречий (например, существенных расхождений по вопросу о том, кто кому приходился родителем или ребенком), и б) резко противоречила опыту по меньше мере двух духовидцев, которым я доверял в отношении работы с данным божеством, — я исключал ее из материалов, предназначенных для печати. Информацию, которая не была отражена в источниках вовсе или же согласовалась только одной из двух конфликтующих версий, встречающихся в эддах или сагах, я просто рассматривал по критерию «б)», а если с данным божеством или духом больше никто не работал, я, как правило, включал предоставленные сведения в книгу в форме отдельного эссе с указанием автора.

Итак, вот мое официальное заявление. Все, о чем вы прочтете в основном тексте, следует рассматривать как ЛГПС, если не указано иное. Все, о чем вы прочтете в отдельных эссе с указаниями авторов, может занимать любое место на шкале от НЛГ от ЛГПС. Приняв это к сведению, возьмите из этой книги все, что вам пригодится. Это не научный труд — и, с моей точки зрения, так и должно быть, ибо академический подход ограничил бы аудиторию этой книги приверженцами строгих реконструкций, тогда как люди, лично общающиеся с богами и духами, не могут себе позволить оставаться в столь узких рамках. Это труд, основанный на личном опыте веры, служения и откровений. Он написан в помощь всем тем, кто призван к работе с йотунами или просто интересуется этой темой.

Рейвена Кальдера "Книга йотунов: работа с великанами Северной традиции."
http://weavenworld.ru/c33/C42/I118
Среди могил унылых и безвестных
Я принесу чудовищный оброк
Тебе, о страх земной, подземный рок
И бич небесный!

Аватара пользователя
Iss
Иерарх
Сообщения: 6469
Зарегистрирован: Пн ноя 12, 2007 19:10
Репутация: 5
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Iss » Ср апр 03, 2019 21:13

Еще одна статья в тему:

Теология личного опыта
Автор: Джон Беккет (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Пока я работал над рецензией на сборник статей о политеизме и теологии (и, в особенности, пока читал о древних греках), до меня вдруг дошло, что одна из причин, по которым современная политеистическая теология все еще так слабо развита, — в том, что многие из нас просто не понимают, с чего начать. Богословские методы монотеистов применимы для нас лишь отчасти. Платонизм и неоплатонизм полезны, но не всегда подходят тем, кто работает не в греко-римской традиции, а в контексте других культур.

Затем я прочитал статью Морган Даймлер под названием «Фейри, традиция и поп-культура». Морган проводит важное различие между верованиями, укорененными в традиции (и, соответственно, основанными на чьем-то опыте), и верованиями, берущими начало в художественном вымысле. Художественный вымысел основан на воображении — он не подкреплен внешней реальностью. Разумеется, всякий опыт может быть истолкован превратно, но, по крайней мере, в основе его лежит некий факт — а иногда и множество фактов. Опыт — это отправная точка.

Восстановление политеистической теологии можно начать со своего личного опыта. Теология личного опыта не обещает глубоких прозрений: она способна дать лишь самые простые, базовые идеи. Но с этого хотя бы можно начать.



Теология нуждается в контексте

Теологию — учение о богах — невозможно строить в пустоте. Она нуждается в каком-то вместилище — в некоем комплексе фундаментальных предпосылок о сути и устройстве вселенной.

Политеист, монотеист и атеист могут стоять плечом к плечу и наблюдать одно и то же явление: видеть и слышать одно и то же и даже испытывать при этом одинаковые эмоции. Но каждый из них интерпретирует увиденное и услышанное по-своему, совершенно не так, как другие — потому что фундаментальные предпосылки о природе вселенной у них разные.

Мои фундаментальные предпосылки начинаются с анимизма, то есть с представления о том, что всё на свете — не вещи, а личности. То, что одушевляет меня и вас, одушевляет и всё остальное: птиц и белок, ветер и деревья, реки и горы. Я не готов с уверенностью заявить, что в основе всего сущего лежит сознание, но я убежден, что сознание — это не просто продукт мозговой деятельности.

Фундаментальные предпосылки дают основу для построения метафизики — рабочей модели того, как устроен мир.

Философия («любовь к мудрость») тоже помогает создать вместилище для теологии. Глобальный вопрос об отношениях между философией и теологией выходит за рамки этой статьи (да и, честно признаться, он мне пока не по зубам). В детстве меня учили, что теология выше философии; потом я понял, что это не так. Но здесь скажу только, что полностью развитая теология непременно должна включать в себя философию: отчасти — как контекст, а отчасти — как продукт наших теологических размышлений.

Создав подходящее вместилище, мы переходим к следующему этапу: начинаем делать теологические выводы из своего опыта.



Боги — самые могущественные из духов

Любое размышление о богах неизбежно начинается с вопроса: «А что же такое бог?» Лучший ответ, какой я могу дать, таков: боги — это самые могущественные из духов.

У всякого живого существа есть дух… хотя, возможно, правильнее было бы сказать, что всякое живое существо и есть дух, а у некоторых духов вдобавок имеются тела. Возможно, все духи одинаково важны — но при этом не все они одинаковы. Дух дубового дерева — совсем не то же самое, что дух дельфина. По моему представлению, все духи существуют в едином широком континууме: они подразделяются на категории, но категории эти могут пересекаться. Например, предки — это духи людей, но некоторые из них — еще и боги.

В сущности, боги — не кто иные, как духи, располагающиеся на самом дальнем конце этого спектра. (Где при этом заканчивается «бог» и начинается «не-бог» — это уже другой вопрос, не для сегодняшней статьи.)

Некоторые из наших предков говорили о богах, обладающих физической формой. Я принимаю такие утверждения как данность, однако сам никогда не встречал бога в телесном обличье. Правда, учитывая положение дел в современном мире, подобная встреча не стала бы для меня чем-то невероятным, — но пока что в моем опыте ничего подобного нет. Поэтому на данный момент я исхожу из предпосылки, что боги являются нам только в духовном облике.

Когда я в прошлом использовал определение, вынесенное в подзаголовок этого раздела, некоторые люди возражали. Им казалось, что определить богов как самых могущественных духов — все равно, что заявить: «Кто силен, тот и прав». Но я имею в виду совсем другое. Боги — это те, кто воплощает ту или иную силу или достоинство в совершенстве. При этом силы и достоинства не статичны: они развиваются и рождаются из взаимодействия между личностями (людьми и не только). Они не просто «то, чего хочет тот или иной из богов». Так что нет, право сильного тут ни при чем.

Но если это определение вас раздражает, просто замените «самые могущественные» на «величайшие», или «самые способные», или «самые совершенные».



Богов много

Это первый из всех теологических выводов, какие мне удалось сделать на основе своего опыта.

В 2004 году, готовясь к своему первому египетскому ритуалу в честь летнего солнцестояния, мы провели девять ночей в медитации — по одной ночи на каждого из богов великой эннеады. Медитация на Осириса принесла мне совершенно иной опыт, чем медитация на Исиду, а медитация на Сета — опять-таки, иной и не похожий на первые два. И коль скоро я воспринял каждого из этих богов как особую личность, не похожую на других, мне показалось логичным и рассуждать, и мыслить о них как о разных сущностях, — хотя полной уверенности в этом у меня еще не было.

Как отмечает Пейдж Дюбуа в своей книге «Миллион и один бог», необходимость в самом понятии политеизма возникает лишь в контексте монотеистической культуры. Без монотеизма люди просто поклоняются своим богам — вот и все. В связи с этим Пейдж цитирует Джордана Пейпера: «Политеистам самим по себе [т.е. вне монотеистической парадигмы] называться политеистами — все равно что обозначать себя как “дышащих воздухом” или “двуногих”».

Христиане и мусульмане со дня основания своих религий и по сей день ведут непрерывную борьбу за то, чтобы удержать своих последователей от признания многочисленности богов. Не удивительно, что они тратят на это столько сил: ведь политеизм интуитивно близок человеку. В повседневной речи нередко можно услышать выражения вроде «боги погоды» или «боги бейсбола» — люди говорят это, не вдумываясь, машинально. И если не препятствовать этому последовательно и постоянно, то подобные случайные замечания о богах во множественном числе превращаются в многобожие.

Я не одинок. Огромная масса религиозного опыта, накопленного человечеством в целом, поддерживает представление о том, что богов много.


Боги обладают собственной волей и деятельной силой

Несмотря на всю нашу интуитивную склонность к политеизму, на протяжении последних шестнадцати веков (или около того) христиане, мусульмане, а теперь еще и атеисты непрерывно твердят, что многобожие «примитивно». Поэтому даже те, кто чувствует зов многих богов, подчас стесняются признавать их реальность. Они объявляют богов метафорами, архетипами или какими-то аспектами нашего высшего «я».

Но стоит лишь начать работать с каким-нибудь божеством, и очень скоро вы обнаружите, что боги сообщают вам нечто такое, о чем вы не могли бы узнать больше ниоткуда. Или что-то такое, к чему вы просто не стали бы прислушиваться. Или велят вам заняться чем-то таким, к чему у вас до сих пор не было склонности. И вы начинаете замечать, что деятельность богов в этом мире никоим образом не зависит от метафор и архетипов у вас в голове.

Теология личного опыта говорит нам, что боги обладают деятельной силой: они способны добиваться своих целей независимо от человеческих усилий. Более того, боги обладают собственной волей: они сами выбирают, что и как следует делать для достижения этих целей. При этом цели, которых они добиваются, далеко не всегда ясны и прозрачны для человека.

И в ходе своей деятельности они подчас вступают с нами в близкий контакт.


Боги могут вступать в отношения с другими личностями

Помимо всего прочего, боги — личности. А одно из свойств личности — вступать в отношения с другими личностями. В этом плане боги — такие же, как мы.

В статье «Две модели политеизма» Эдвард Батлер отмечает, что в древности божества чаще определялись не столько по функции (бог грозы, богиня плодородия и т.д.), сколько как покровители определенных мест или людей. Олимпийские боги вступали в те или иные отношения с греками, нетеру — с египтянами… и если какой-то народ переселялся в новые земли, его боги переселялись вместе с ним.

В наши дни боги вступают в личные отношения не с народами, а с отдельными людьми. Лично я связан клятвами с тремя божествами и не столь формальными отношениями — еще с несколькими. Подобное случалось и в древности, но было скорее исключением из правила. Чем это объяснить? Может быть, в наше время боги просто не могут установить отношения с целым народом? Возможно, так и есть — а возможно, и нет. Теология моего личного опыта не заглядывает настолько глубоко.

Однако она со всей определенностью утверждает, что отношения с богами должны быть почтительными и основанными на взаимности. Боги — не торговые автоматы, обязанные выдавать нам товар за плату, и не запасные шины, о которых можно не вспоминать, пока не припечет. Боги — личности, которым мы что-то даем, чтобы получить взамен что-то такое, благодаря чему мы снова сможем им что-то дать.


Построение теологии — общее дело

При слове «теология» все тут же вспоминают знаменитых христианских богословов: Оригена и Августина, Фому Аквинского и Юлиану Норвичскую, Карла Барта и Пауля Тиллиха. Из-за этого у многих складывается впечатление, что теологию создают исключительно талантливые люди, работающие в одиночку. Но это впечатление ложное.

В действительности теология — это общее дело всех людей, причастных к определенному религиозному течению. Кто-то размышляет о богах, а потом записывает свои мысли. Другие люди читают эти записи и с чем-то соглашаются, а что-то, возможно, отвергают. Но, самое главное, они задаются вопросами, начинают искать ответы и погружаются глубже в ту или иную тему, связанную с теологией.

И теология развивается и растет.

Истинная природа богов — тайна. Интеллектуальное познание богов не заменяет непосредственного, эмпирического соприкосновения с божественным. Но и то, и другое — и непосредственный опыт, и умозрительные рассуждения — открывают нам о природе богов нечто важное. А это, в свою очередь, помогает развивать полноценные политеистические религии, пригодные для современности.

Да сопутствуют нашим беседам о богах истина и мудрость!

John Beckett (c)
Перевод: Анна Блейз (с)
http://polytheism.thesaurusdeorum.com/p ... 4IbKneaZfQ
Среди могил унылых и безвестных
Я принесу чудовищный оброк
Тебе, о страх земной, подземный рок
И бич небесный!

Thorn
Близкий к Тьме
Сообщения: 1034
Зарегистрирован: Чт июл 10, 2014 21:52
Репутация: 3
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Thorn » Пт апр 05, 2019 01:52

Некоторые отдают пальму первенства кельтским корням Викки, утверждая, что она унаследована от обрядов дохристианских кельтских народов. Другие, и я в том числе, полагают, что хотя значительная часть искусства ритуалов имеет современное происхождение, другие элементы гораздо старше и имеют заметное сходство с обрядами теургической традиции неоплатоников времен поздней Римской империи. Вопрос о том, существовала ли непрерывная линия магической практики, или эти обряды лишь изредка практиковались в результате изучения старинных текстов, вероятно, так и останется без ответа.

Теперь должно быть очевидно, что происхождение языческих обрядов в конечном счете имеет вторичное значение.Если люди вступали в личный контакт с божеством или божествами, и эти встречи удовлетворяли их духовные потребности, значит, традиция жива; если нет, ее традиция не имеет значения.


Гус Ди Зерига, Христиане и язычники, С 78.

Thorn
Близкий к Тьме
Сообщения: 1034
Зарегистрирован: Чт июл 10, 2014 21:52
Репутация: 3
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Thorn » Пт апр 05, 2019 01:54

Как я ненавижу, что нельзя править посты. Последнее слово "традиция" читать, как "древность".

Thorn
Близкий к Тьме
Сообщения: 1034
Зарегистрирован: Чт июл 10, 2014 21:52
Репутация: 3
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Thorn » Пт апр 05, 2019 19:12

dazarat писал(а):Qr Bbpost Ох уж эта сотонинская инквизиция, повсюду видящая нехороших догматиков.

Не повсюду, а где они есть. Инквизиция не дремлет!

Аватара пользователя
Iss
Иерарх
Сообщения: 6469
Зарегистрирован: Пн ноя 12, 2007 19:10
Репутация: 5
Пол: Мужской

Re: Почему не нужно бояться неподтвержденного личного гнозиса

Сообщение Iss » Вс апр 07, 2019 19:47

еще одна теологическая статья:

Самостоятельность, власть и обязательства

Автор: Эмбер Кук (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Политеистическое богопочитание строится, по существу, на трех убеждениях или принципах:

1. Богов много.

2. Боги — реальные сущности, обладающие собственной волей и действующие самостоятельно.

3. С богами можно устанавливать двусторонние личные отношения.

Эти три принципа оставляют достаточно места для самых разных верований и представлений о богах и о природе вселенной, в которой мы взаимодействуем с этими богами, — но не так уж много места для мнений о том, как именно с ними следует взаимодействовать (будь то на коллективном или на индивидуальном уровне).

Читая, слушая и обсуждая эту тему с другими политеистами, я обнаружила ярко выраженную дихотомию между двумя позициями, ни с одной из которых лично я не согласна, но которые по-разному пытаются решить одну и ту же фундаментальную проблему: «В какой мере мы управляем происходящим и в какой мере несем за него ответственность?»

Я отдаю себе отчет, что сильно все упрощаю (просто потому, что эта мнимая дихотомия меня расстраивает), но вот как выглядят две крайние, доведенные до предела позиции, с которыми мне довелось столкнуться:

А. Боги — в сущности, те же люди. Они питаются нашим почитанием, а без него попросту чахнут. Поэтому мы имеем полное право ожидать или даже, пожалуй, требовать от богов, чтобы они приняли наши современные ценности в уплату за почести, которые мы им оказываем. Они должны безоговорочно принимать нас в расчет и прислушиваться ко всем нашим требованиям, потому что иначе мы перестанем их уважать — как это уже произошло однажды, сотни лет тому назад.

ИЛИ

Б. Боги невообразимо, немыслимо могущественны. Их власть над нами абсолютна. Возражать против их решений — глупо и тщетно; более того, мы даже не имеем права задаваться вопросом о причинах этих решений. Повлиять на них богов мы можем лишь в той мере, в какой им не все равно, что с нами происходит, — а, между тем, они в любой момент могут от нас отвернуться. Они могут себе это позволить — почему бы и нет? Так что лучше на всякий случай поостеречься. Мы обязаны богам самим своим существованием и всем, что у нас есть. И если мы не хотим навлечь на себя гнев богов, то все, что нам остается, — это смиренно выполнять их повеления.

Обе эти точки зрения предполагают, что боги обладают собственной волей и действуют самостоятельно, так что оставаться политеистом, придерживаясь любой из них, вполне возможно. Однако я совершенно уверена, что большинство политеистов держатся позиции где-то посередине между этими двумя крайностями. По крайней мере, я — точно. Большинство политеистов, с которыми я так или иначе знакома, обходятся с богами примерно как с людьми, чтобы общаться с ними как можно более непосредственно, но при этом вовсе не считают, что боги исчерпываются своей «человеческой» составляющей. И, с другой стороны, большинство знакомых мне политеистов убеждены, что боги — огромные и сложные сущности и постичь их в полной мере невозможно, но при этом не считают, что обязаны принимать без вопросов, сомнений и критики абсолютно все, что, по их мнению, исходит от богов.

Я могла бы написать большую статью об изъянах, которые нахожу в обеих крайностях, — но не стану. Лучше я постараюсь внятно изложить, во что верю я сама. А верю я во многое, так что устраивайтесь поудобнее.



Мне хочется верить, что во вселенной есть порядок. Мне хочется верить, что этот порядок устроен кем-то, кому есть дело до меня лично. На каком-то уровне я верю и в то, и в другое, но все же не верю, что этот порядок исходит от богов или имеет какое-то отношение к человеческой этике.

Я верю, что боги, как и все сущее во вселенной, подчиняются законам действительности — Вирду или Орлёгу. Ответить на вопрос, как именно эти законы действуют на богов, я не готова. Иногда мне кажется, что боги сами не желают, чтобы мы об этом узнали.

Я верю, что общее устройство всего-на-свете и есть верховное божество; иногда я называю его «Божественным Целым». Я не верю, что это Божественное Целое отвечает на духовные запросы хоть как-то, кроме «Да, я тут», — и то лишь потому, что оно действительно тут и не может не откликнуться (это все равно, что бросить камень в пруд и смотреть, как пошедшие по воде круги докатываются до берега, где вы стоите).

Я не верю, что боги — это всего лишь различные грани Божественного Целого. Точнее, как: верю, но только в той же мере, в какой можно назвать гранями Божественного Целого и меня саму, и эту клавиатуру, на которой я сейчас печатаю, и все остальное во всех мирах. Я верю, что боги — это самостоятельные Силы, действующие в контексте Божественного Целого. Фрейя однажды дала мне понять, что существуют Силы, превосходящие те, которые я способна воспринять, и что часть ее обязанностей как Жрицы — поддерживать с ними связь таким же образом, как я поддерживаю связь с ней самой. Находятся ли эти Силы где-то посередине между теми, кого я воспринимаю как богов, и тем, что я абстрактно, умозрительно представляю себе как Божественное Целое? Я не знаю, а она не отвечает на этот вопрос; подозреваю, тут все обстоит примерно как с теми самыми черепахами, которым нет конца[1]. Но от фракталов у меня быстро вскипают мозги, так что хватит об этом.

Я верю, что абсолютно все мы напрямую связаны с Божественным Целым, потому что каждый из нас — часть этого Целого. Я полагаю, что духовные и религиозные традиции, основанные на этой связи, валидны ровно в такой же мере, как и политеизм и работа с духами. Я считаю ошибкой полагать, что, коль скоро это Целое божественно, то во вселенной нет никаких других значимых Сил, — но не считаю, что имею право осуждать или, тем более, наказывать кого-то за эту ошибку.

Я верю, что ради взаимодействия с нами боги способны принимать понятные нам обличья и что они это делают, с одной стороны, потому, что мы на них влияем, а с другой — потому, что они хотят этого сами. Но я не верю, что боги сводятся к этим обличьям.

Я верю, что боги (и эквивалентные им Силы) присутствуют в нашем мире и могут воплощаться как в отдельных живых существах (не только человеческих!), которые идут их путями, так и в природных явлениях. Я не верю, что вся суть и деятельность богов сосредоточены вокруг деятельности и потребностей человека. Я не считаю разумным ожидать, что они будут принимать в расчет мои личные интересы при каждом своем поступке. Подобного я не жду даже от людей.

Я верю, что слово «бог» — это скорее профессиональное звание, чем наименование определенного «вида» духовных сущностей: есть некие профессиональные требования, удовлетворить которым может только сущность, достигшая определенной степени могущества. Способна ли духовная сущность, изначально не настолько могущественная, набрать необходимую силу постепенно? Или боги рождаются из слияния сил нескольких сущностей? Этого я не знаю. Подозреваю, что есть разные способы обрести могущество, достаточное для перехода в ранг божества, — но, возможно, это всего лишь человеческие иллюзии по поводу процессов, недоступных моему пониманию.

Я верю, что боги растут, учатся, объединяются друг с другом, разделяются и, в целом, меняются со временем. Я верю, что ограничения, которым они подчинены, — это и есть причина, по которой они вообще способны меняться. Я не уверена, что человеческие наблюдения за этими переменами в точности отражают реальность; но, по-моему, между тем, что мы наблюдаем, и тем, что происходит с богами на самом деле, какая-то корреляция все же есть. Скорее всего, мир духов и мир людей взаимодействовали друг с другом испокон веков и так или иначе влияли друг на друга.

Я верю, что есть существа, равные по силе богам, но не испытывающие к людям того интереса, который необходим, чтобы мы, люди, сочли их богами. Попросту говоря, если они никогда не отвечают на наши просьбы о помощи и не нуждаются в наших подношениях, для нас они — не боги, даже если могуществом они объективно не уступают богам. Но иногда кто-то них может передумать и все-таки принять на себя обязанности божества. Возможен ли обратный процесс? Подозреваю, что сложить с себя обязанности божества тоже можно; не знаю, какими последствиями это чревато для самого божества, но для нас это может быть ужасно. Что происходит с людьми, которые всю жизнь полагались на какого-то бога, а тот внезапно решил, что они больше не достойны его помощи?

Я верю, что есть такие боги, которые отвечают не кому угодно, а только отдельным людям, и принимают подношения не от всех, а только от некоторых. Например, одни божества могут поддерживать прямую связь лишь с определенным представителем какой-то группы людей (жрецом, шаманом и т.п.), другие — отвечать только тем, кто испытывает потребности определенного рода, или живет в определенном месте, или выполняет определенные практики и так далее. Но, как бы то ни было, я полагаю, не нам решать, существуют ли подобные ограничения в каждом конкретном случае, — и уж тем более нехорошо ставить ограничения со своей стороны в тех случаях, когда боги этого не требуют. Да, я верю, что боги могут выбирать себе любимцев. С нашей точки зрения, это не всегда выглядит справедливым. Но, в конце концов, не каждый бог — бог справедливости! Но если вам кажется, что ваш бог по определению ненавидит всех, кого ненавидите вы, можете не сомневаться, что вы просто пытаетесь втиснуть его в границы своего образа и подобия.

Я не верю, что мы — заложники богов. Думать так — все равно, что называть себя заложниками мироздания или вселенной. Да, нетрудно представить себе, что человек, на которого обрушились беды, может почувствовать себя заложником мироздания или богов. Но никто не обещал, что жизнь будет всегда и во всем справедлива. Лично я в каком-то смысле одержима справедливостью, так что этот вопрос меня постоянно беспокоит. И все же я признаю, что мое понятие справедливости обусловлено местом, временем и масштабами, в которых я живу и мыслю, — и даже по моим собственным меркам было бы несправедливо навязывать это понятие тем, кто живет в других местах и временах и мыслит в других масштабах.

Я верю, что управлять богами люди могут не в большей мере, чем друг другом или любым другим самостоятельным существом. Иначе говоря, в известной степени управлять ими можно — но лишь в контексте нашего с ними взаимодействия, потому что это именно взаимодействие, двусторонние отношения, одну из сторон в которых представляем мы, люди. При этом я убеждена, что наше взаимодействие с богами не вполне подчинено причинно-следственным связям: в точности предсказать их реакцию на то или иное действие с нашей стороны не всегда возможно. Боги представляют в этих двусторонних отношениях вторую сторону, и мы не вправе рассчитывать, что можем во всем их контролировать, — точно так же, как сами не желаем прямого и постоянного контроля с их стороны. Чтобы отношения складывались конструктивно, нужно взаимное уважение (которое не следует путать или отождествлять со слепым обожанием).

Я считаю неэтичным силой принуждать к чему-либо тех, кто слабее нас, если только это не требуется для их же безопасности (как, например, в случае с защитой детей или домашних животных). И, с другой стороны, я считаю в высшей степени неразумным пытаться силой принудить к чему-либо тех, кто несравненно превосходит нас могуществом. Стоять на путях — не лучший способ остановить поезд. Я считаю возможным попытаться применить ту же этику к любому божеству, с которым я вступаю в контакт, — но не считаю себя вправе возмущаться, если кто-то из богов не согласится с таким подходом. Если мне все же нужно найти с ними общий язык, иногда помогает обратиться за помощью в переговорах к тем богам, которые разделяют мои этические принципы.

Я верю, что все живые существа обладают равной ценностью — просто в силу того, что они существуют. Это что касается ценности; но с могуществом дело обстоит иначе. Я не верю, что любой отдельно взятый человек способен сравняться могуществом с любым отдельно взятым богом — если понимать под могуществом способность воздействовать на мир и вызывать в нем перемены. Более того, боги куда в большей степени способны воздействовать на другие миры, лежащие за пределами нашего. Это различие в масштабах воздействия подразумевает целую иерархию сил, и мне кажется, что здесь скрыта какая-то очень важная тайна.

Я верю, что боги подчинены определенным ограничениям. Есть что-то, чего они не могут; и есть что-то, что они в состоянии сделать, но не делают, потому что последствия были бы ужасны. Впрочем, я думаю, что ограничения второго рода могут нарушаться: иногда боги все-таки делают что-то такое, что влечет за собой ужасные последствия — которые могут отражаться и на нас, если все происходящее затрагивает наш мир. По-моему, это очень плохо — но, опять же, никто не обещал, что жизнь будет всегда и во всем справедлива.

Я верю, что богам хватает могущества, чтобы наглядно дать нам понять, что какой-то наш поступок им не понравился. Но эта способность, на мой взгляд, зависит не только от могущества одного отдельно взятого божества: другие боги могут с ним не согласиться, и у них может быть на это множество причин, включая и нежелание подавать нам дурной пример. Но с таким же успехом последствия наших поступков могут объясняться простой причинно-следственной связью, а не воздействием того или иного божества, — хотя некоторые боги имеют прямое отношение к самим силам, управляющим причинами и следствиями.

Я верю, что человек может «принадлежать» тому или иному божеству и что боги могут призвать человека к служению. При этом я верю, что человек может отказаться от такого призвания — примерно так же, как можно отказаться от семьи, в которой вы родились. Отменить сам факт призвания невозможно — но при желании можно не отвечать на этот зов и свести его роль в вашей жизни к минимуму. Теоретически, можно даже устроить так, чтобы новое призвание отменило все взаимные обязательства, связанные со старым, — примерно как в случае, когда все права и обязанности по отношению к ребенку переходят от биологических родителей к приемным. Но для этого нужно приложить определенные усилия и договориться со всеми заинтересованными сторонами. И сами мы — только одна из этих сторон.

Как мне представляется, само понятие «принадлежать божеству» не имеет ни малейшего отношения к объективации. Оно имеет отношение к тому, как мы понимаем и определяем самих себя в контексте чего-то большего. Принадлежность божеству — часть общей картины, в которую входит и наши принадлежность каким бы то ни было группам: семье, народу, культуре, делу, за которое мы ратуем, и так далее. Те, кто утверждает, будто подобная принадлежность подразумевает обладание и полную зависимость, понимают это слово в очень узком и искаженном смысле.

Я твердо убеждена (и мой опыт это подтверждает), что «призвание», о котором я говорила выше, действительно существует, но далеко не всегда нас «призывают» именно те божества, от которых мы бы предпочли услышать «зов». Я уверена, что осознавать свое призвание очень важно и что иногда зов бывает слишком сильным — настолько, что пренебречь им просто невозможно. Однако я не уверена, что именно боги всегда выбирают сами, кого им «призвать», и не считаю, что человек может быть «призван богами» только к жреческой работе. Как я уже сказала, многие люди не чувствуют своего призвания так уж сильно, а некоторые, возможно, вообще не имеют никакого призвания и могут выбрать себе любое занятие, какое захотят. И да, я считаю, что сопротивляться призванию можно, — но даже если оно вам не по душе, обычно все-таки лучше попытаться преобразовать его во что-то такое, что вас устроит. Так или иначе, самые счастливые люди из всех, кого я знаю, — это те, кто охотно последовали своему призванию и сумели его исполнить.

Если подвести итоги, то во что же я верю? В то, что богов действительно много; что боги — самостоятельные и независимые сущности; что мы можем устанавливать с богами личные отношения; и, наконец, что боги могущественны и сложны превыше всякого понимания, но при этом заботятся о нас (об отдельных людях и о человечестве в целом) в достаточной мере, чтобы наши ценности и потребности могли на них повлиять.

Во что я не верю? В то, что все это устроено так просто и прямолинейно, как может показаться; и в то, что наши отношения с богами избавляют нас от обязательств друг перед другом и, в целом, перед людьми, с которыми мы делим этот мир.

К ответу на вопрос о том, что нам подвластно, а что — нет (и о том, за что мы несем ответственность, а за что — не несем), разные люди приходят по-разному. И даже если мы видим, что два человека движутся несхожими путями, это не дает оснований предполагать, что кто-то из них — более развитый, зрелый и «продвинутый». Чтобы об этом судить, надо точно понимать, какую часть своего пути уже прошел каждый из них и сколько ему еще осталось.

Я хочу сказать, что гораздо важнее уметь слушать друг друга, чем добиваться того, чтобы ответы оказались у всех одинаковыми.


[1] Подразумевается известная история о знаменитом американском психологе Уильяме Джемсе и старушке, которая уверяла его, что Земля стоит на гигантской черепахе. На резонный вопрос, на чем же тогда держится черепаха, старушка ответила: «Но это же очевидно! Она стоит на спине другой черепахи». «А эта черепаха на чем стоит?» — поинтересовался профессор со всей любезностью. «Э-э-э, нет, профессор, вы меня с толку не собьете! — воскликнула старушка. — Будто вы и сами не знаете, что там — одни черепахи! Черепахи, одна за другой, черепахи — и нет им конца!» — Примеч. перев.

Ember Cooke (c)
Перевод: Анна Блейз (с)
http://polytheism.thesaurusdeorum.com/p ... jwqZFxuhX0
Среди могил унылых и безвестных
Я принесу чудовищный оброк
Тебе, о страх земной, подземный рок
И бич небесный!

Ответить

Вернуться в «Тексты»